Протоиерей Всеволод ЧАПЛИН: «Опасность социальных конфликтов для России губительна»

В чем смысл дробления епархий, иными словами, укрупнения? Есть сегодня в стране реальная угроза клерикализации общества?

Об этом во время визита Патриарха Кирилла в Иркутскую епархию корреспондент «Комсомолки» поговорила с протоиереем Всеволодом Чаплиным и председателем Синодального информационного отдела Московского патриархата Владимиром Легойдой.

Но начнем, пожалуй, не с традиционного «вопрос – ответ», а с проповеди Святейшего Патриарха, которые он произнес по окончании праздничной литургии в Знаменском соборе Иркутска.

- Церковь, возродившаяся в конце XX века, пережившая десятки лет унижений и гонений, находится только в самом начале пути, - обратился глава РПЦ к верующим. – Да, мы построили новые храмы, воспитали целое поколение молодого духовенства. Да, православная вера действительно занимает значительное место в жизни нашего народа. Но чтобы избежать страшных дьявольских искушений и соблазнов, мы должны собрать все свои силы не для борьбы и полемики, а чтобы идти с крестом в народ и утверждать веру православную. Чтобы день нашего народа начинался с молитвы и Евангелия, чтобы всегда было чувство раскаяния перед Богом. А до того момента отменяются все торжества о прославлении нашей пастырской работы. Мы только в начале пути.

Так случилось, что именно эту тему мы затронули в разговоре с Владимиром Легойдой. Вернее, спросили, насколько, на его взгляд, за последние 20 лет изменилась Россия.

Владимир Легойда уверен, что угрозы клерикаризации не существует.

Фото: Юлия ПЫХАЛОВА. Перейти в Фотобанк КП

- Мое поколение помнит, как религиозную литературу приходилось читать только в самиздате и под большим секретом. Я вырос в маленьком городе в Северном Казахстане, и только у одного из наших знакомых была Библия. Мы ходили к нему и тайно читали ее. С другой стороны, несмотря на то что за эти 20 лет Церковью пройден огромный путь, надо понимать, что мы только в начале пути. Да, мы изменились. Количественно? Безусловно. Но это не повод, чтобы считать, что все стабильно. Наоборот, ответственность за состояние души человека и за нравственное состояние в обществе остро ощущается церковными людьми и понуждает двигаться вперед. Патриарх все время говорит, что останавливаться нельзя, потому что мы не знаем, сколько времени продлится эта ситуация.

- Владимир Романович, а каково Ваше личное мнение о нынешней России? Вы побывали в разных уголках страны вместе со Святейшим.

- Мое мнение о России очень изменилось. Не потому, что было плохим и стало хорошим, а потому, что мы очень плохо знаем свою страну. Она разнообразная, но при этом везде родная. И куда бы ты ни приезжал, ты все равно дома. А это очень важно. Святейший Патриарх много раз говорил, как много дают ему эти поездки. Есть вещи, которые нельзя узнать, сидя в кабинете, даже если тебе присылают подробные отчеты. Для Святейшего очень важно увидеть людей, пообщаться с ними и вместе помолиться.

- Выходит, главное в любой поездке – это молитва?

- Разумеется. Но не все это понимают. Когда мы куда-нибудь едем - на Украину, например, нас спрашивают, зачем Патриарх туда едет. Отвечаем, что Патриарх едет помолиться и поклониться святыням. Все говорят: ну это понятно, а на самом деле зачем? По такой логике выходит, что молитва - это прикрытие какое-то. Но мы же не резиденты.

- Почему так происходит?

- Есть только одна причина. Если человек не верит в Бога, то ему хочется как-то объяснить все своими словами, вот он и начинает придумывать поводы поездки - политику, деньги... Что можно в этом случае сделать? Только посочувствовать.

- Сегодня в преддверии выборов делаются достаточно хлесткие заявления о клерикаризации общества…

- С той историей XX века, которая у нас была, надо быть очень осторожными с подобными заявлениями. Церковь и верующие люди менее ста лет назад отдавали свою жизнь за право верить в Бога. И если кто-то об этом забыл, то пусть почитает книжки, съездит на Бутовский полигон. Странно не понимать, что единственная цель Церкви, если говорить совсем простым языком, - это помогать людям стать лучше. И когда я слышу слова, что священники, например, не должны приходить в школы, я всегда привожу одну цифру: 40 процентов московских школьников знают, где достать наркотики. Причем это данные 2008 года, дай Бог, чтобы сейчас эта цифра была меньше. И что? Священник ухудшит ситуацию? Да он только улучшит ее. Церковь ответственна за нравственное состояние общества. И это понимают все. Однако тут же говорят: в школы вы не ходите, храмы не стройте, книги не печатайте, газеты не выпускайте. Должна быть единая логика.

ИРКУТСК ИМЕЕТ СВОЕ ЛИЦО

Еще одна острая тема - разукрупнение епархий. Общество разделилось на две части. Первые поддерживают инициативу Патриарха, вторые, среди которых есть и православные христиане, говорят, что такое нововведение ни к чему не приведет. Протоиерей Всеволод Чаплин считает, что по большому счету епископ может нормально управлять до полутора сотней приходов. Однако Святейший Патриарх много раз говорил, что архиерей должен быть ближе к людям, больше знать нужды каждого прихода.

- Конечно, это невозможно в условиях, когда совершать богослужения в каждом приходе приходится раз в пять лет, а то и реже, - говорит отец Всеволод. - Поэтому создание новых епархий, это один из приоритетов Патриарха Кирилла. Кстати, во многих регионах это понимают и уже предлагают создать несколько епархий (в Иркутской епархии было предложено выделить Братскую и Усть-Илимскую епархию. - Прим. авт.). Я надеюсь, что эта тенденция поможет активизировать жизнь на приходах. Где епископ - там и церковь. Там всегда появляются новые инициативы. Более активно начинает работать духовенство, образовываются новые формы церковной жизни. А где епископа видят раз в 10 лет, очень часто происходит застой и слишком большая самоуспокоенность, которая, как мы с вами знаем, есть путь в никуда.

- Отец Всеволод, вы впервые в Иркутске?

- К сожалению, да. Я здесь не был. Вот такой позор. Мне кажется, что здешние люди научились жить достойно и содержательно по сравнению со многими регионами Центральной России. Здесь неплохая экономика, развитая интеллектуальная и культурная жизнь. Построены великолепные здания, поддерживаются исторические постройки. Город имеет свое лицо. Видно, что о нем заботятся, в том числе и губернатор, с которым я знаком еще с центра стратегических разработок. Впрочем, многие рассказывают, очень велика разница между областным центром и малыми городами. Вот почему нужна солидарность. Нужно, чтобы горожане помогали сельским жителями, чтобы извечная российская проблема о пропасти между городом и деревней преодолевалась. Ведь всегда есть опасность социальных конфликтов, а для России она губительна.

ВОПРОС ДНЯ

Сегодня много говорят об угрозе клерикализации общества. Мы спросили иркутян:

Если священников станет больше, это лучше или хуже?

Ефрем ПАШКОВ, священник:

- Священников никогда не было много. Ну а если их станет больше, чем это будет хуже? Священники не призывают курить, пить или материться. Совсем наоборот.

Юрий ПРОНИН, политолог:

- Спрос должен соответствовать предложению. Если количество верующих людей в России увеличится, то тогда и штат священников должен увеличиться. А в том, что священников станет больше, я лично, не вижу ничего плохого. Наверное, это хорошо.

Виктор КУЗЕВАНОВ, директор Ботанического сада ИГУ:

- Это не тот случай, когда количество перерастает в качество. И много священников – не есть хорошо. История показывает, что когда духовенства в стране слишком много, священники пытаются навязывать обществу свои каноны, свое видение мира.

Анастасия ТАРНОВСКАЯ, начальник отдела по делам несовершеннолетних УМВД России по г. Иркутску:

- Не вижу ничего плохого в том, что их станет больше. Священники – приверженцы правильной жизни. Они сами не грешат, не нарушают закон Божий и других этому учат.

Татьяна СЕМЕЙКИНА, депутат Заксобрания Иркутской области:

- Это возвращение к истокам, к христианству. А христианство воспитывает здоровью семью, проповедует духовные ценности и здоровый образ жизни. Если все это и дальше будет пропагандироваться, то ничего плохого в том не вижу.

Вадим ШАХЕРОВ, историк, преподаватель ИГУ:

- Вопрос не в количестве. Главное, что при их участии общество меняется, становится лучше, духовнее. Становится все больше храмов. Значит, они нужны обществу, как и священники.

Владимир КИТАЕВ, руководитель Иркутской общественной организации по охране памятников истории и культуры:

- Если служителей трех мировых религий и их конфессий станет больше, это будет только лучше, потому что появится больше людей, призывающих к совести.

Галина КУЛИКОВА, учительница:

- Я не вижу в этом спасения России. Сейчас церковь все больше усиливает свое значение, я вижу в этом простое засилье. Я как учитель даже против того, чтобы в школах вводили религиоведения. А увеличение количества священников – это не выход из положения.

Анатолий СОБЕННИКОВ, декан факультета филологии и журналистики ИГУ:

- Я в этом ничего плохого не вижу. Чем больше в обществе людей с религиозным сознанием, тем оно устойчивее нравственно. Сейчас имеет место быть кризис семьи, и я считаю, что один из выходов из него – это путь воцерковления.