Звезды

«Фея» Анны Меликян: 152 минуты про любовь, нацистов, иконы и видеоигры

Одна из самых громких премьер весны - новый фильм автора «Русалки» и «Звезды» с Константином Хабенским в главной роли
В главной роли фильма "Фея" снялся Константин Хабенский

В главной роли фильма "Фея" снялся Константин Хабенский

Фото: кадр из фильма

«Я вообще актрисой хочу стать. Когда мне плохо, думаю: пошло оно все в ж…, поеду к Ларсу фон Триеру, это мой любимый режиссер! Я даже взяла его псевдоним - Татьяна Триер» - сообщает о себе героиня «Феи» в первые же минуты фильма. Конечно, не всякий зритель поймет, что хочет этим пассажем сказать Анна Меликян. Но любой кинокритик уловит намек мгновенно: Меликян отсылает рецензентов к трилогии Ларса фон Триера «Золотое сердце», в которую входили «Рассекая волны», «Идиоты» и «Танцующая в темноте». У Меликян ведь тоже трилогия: первым фильмом была несколько корявая, но очень обаятельная «Русалка» (2007), а вторым - просто очень хорошая и недооцененная «Звезда» (2014). «Фея» ее завершает. И героини трилогии, как и у Триера - женщины не от мира сего, наивные на грани психического расстройства, но при этом прекрасные. Почти как в тургеневском стихотворении в прозе: «Дура!» - проскрежетал кто-то сзади. — «Святая!» - принеслось откуда-то в ответ».

Правда, Триер не ленился каждый раз придумывать совершенно новый сюжет, а Меликян упорно использует одну и ту же схему: смешная, очень странная девчонка вламывается в жизнь циничного и несчастного богача и переворачивает ее вверх тормашками. В «Русалке» Алиса (Мария Шалаева) спасала Евгения Цыганова - бизнесмена, торгующего участками на Луне. В «Звезде» Маша (Тина Далакишвили) меняла судьбу стервы (Северия Янушаускайте), впившейся, подобно самке клеща, в тоскующего олигарха. В «Фее» Татьяна (Екатерина Агеева) буквально влетает в машину крупнейшего в России разработчика видеоигр Евгения Войгина (Константин Хабенский). Дверь открывает его дочка Маша, сидящая на заднем сиденьи: после того, как Войгин развелся с ее мамой, она перестала разговаривать, и отведенное на общение с папой время проводит в молчании. Зато Таня, которая только что участвовала в разогнанной акции протеста, и которую едва не замели злые омоновцы, разговорчива сверх всякой меры. Она рассказывает Войгину (который в ужасе от незваной пассажирки, но не может ее выпихнуть на улицу) и про мечты о Триере, к которому обязательно скоро нагрянет в гости, и про незадавшуюся карьеру фотомодели в Париже («Я просто очень похожа на Кейт Мосс»), и про то, что у нее рот до конца не закрывается в расслабленном состоянии (поэтому кажется, что она все время улыбается).

Надо отдать должное Войгину - он сообразительнее героев предыдущих картин, и быстро понимает, какая судьбоносная к нему залетела пташка. Он начинает называть зубастую девушку Феей, предлагает ей роль в своей компьютерной игре «Коловрат-3», просит сидеть с дочкой и зовет во Владимир, где собирается сфотографировать (опять же для игры) интерьеры Успенского собора.

Откровенная вторичность - не главная проблема «Феи». Гораздо хуже, что она, в отличие от «Русалки» и «Звезды», выглядит вымученной, словно Меликян заставляли завершать трилогию под дулом пистолета. Над фильмом трудились четыре монтажера, а он выглядит ужасно длинным и безнадежно рыхлым. Ну вот, например: в картине появляются Алиса в исполнении Шалаевой и Маша в исполнении Далакишвили. Те же это героини, что в «Русалке» и «Звезде», или нет, не поймешь. Скорее нет, но это совершенно неважно - потому что обеих запросто можно было бы убрать из сюжета, фильм бы от этого только выиграл. Эти девицы заняты тем, что профессионально протестуют против всего сразу. Сегодня они выходят на митинг в защиту животных с лозунгами «Становитесь вегетарианцами!», завтра вешают транспарант «Свободу политзаключенным!», послезавтра возмущаются насилием над женщинами, а в перерывах сожалеют, что еще не освоили глобальное потепление. (Должно быть это пародия - ну что ж, на зависть Петросяну и «Кривому зеркалу»).

Кроме неразборчивых протестующих, в сюжете есть фашисты, которые убивают сначала таджика, потом гея, потом бомжа, все это снимают на видео и выкладывают в интернет (как всегда в российских фильмах - не на YouTube, не «Вконтакте», а куда-то в абстрактный «интернет», откуда никто эти ролики не может удалить и где их смотрит вся страна сразу). Их символ - коловрат, смахивающий на свастику восьмиконечный якобы древнерусский знак, и еще они любят жест, позаимствованный из компьютерной игры Войгина. Тот сперва решает использовать их убийства в целях раскрутки «Коловрата-3» (!), но потом к нему приходит человек из Следственного комитета, решивший, что Войгин что-то знает об этих ребятах, и выступает примерно с таким текстом: или вы нам все выложите, или Госдума запретит вашу игру, а вы пойдете под суд.

Думается, что Меликян имеет о коловрате, Следственном комитете, видеоиграх, их разработчиках или их пиаре примерно такое же представление, какое имеет о сельском хозяйстве слушательница хореографических курсов имени Леонардо да Винчи, предполагающая, что творог добывается из вареников (всегда хотелось куда-нибудь ввернуть эту цитату из великого романа). Но даже и это не самое страшное. Окончательный капут всему - то, что перед написанием сценария она прочла бестселлер Майкла Ньютона «Путешествия души», исследование о реинкарнациях. И Бог бы с ним, что прочла - вдохновившись «Путешествиями души», тоже можно было бы сделать отличный фильм, если подойти умеючи. Бог бы с ним, что концепция реинкарнации у нее как родная уживается с православием. Но после посещения Успенского собора Таня начинает втирать Войгину, что он, скорее всего, раньше был Андреем Рублевым и отправляет его к гипнотерапевту, который, как Майкл Ньютон, умеет заставить людей вспомнить прошлые жизни. Причем в конце концов так выходит, что Таня - это реинкарнация Даниила Черного, лучшего друга и соавтора Рублева. И сколько бы раз бедный герой Хабенского ни шептал «Это бред!», Меликян столько же раз готова ему ответить: «А вот и не бред! А вот и не бред!» - конечно, не впрямую, а в виде игривых намеков: вроде и перевернет все с ног на голову, а потом бац - и обратно.

«Фея» идет 152 минуты, и если вы решитесь ее посмотреть, вас ждет еще много удивительных сценарных и режиссерских находок, никак не отраженных в этой рецензии. Ну, и вы узнаете многое о «регрессии» - которая, по мнению Ньютона и его поклонников, является чем-то вроде волшебного возвращения в прошлые жизни. Хотя в случае с «Феей» (снятой по-прежнему одним из лучших российских режиссеров XXI века) две последние буквы в этом слове выглядят лишними.

«Фею» можно посмотреть в онлайн-кинотеатре hd.kinopoisk.ru, первый месяц подписки на него сейчас предоставляется бесплатно.

А что вы думаете про это кино? У нас в редакции мнения разделились, есть и те, кому понравилось. Они обязательно напишут, почему именно. А ваши мнения мы ждем в комментариях! Поспорим!