
В первых частях мы рассказали, как, окончив экономический вуз, наша героиня собрала документы, поступила в вуз и укатила в Поднебесную. Она решила познакомиться с городом – Харбином, где ей предстояло жить. Посмотрела, как ведут себя на дороге китайские водители, и чуть не обалдела от городского шума. Побывала на улице Гоголя и попробовала настоящей китайский еды. Сегодня продолжение.
- Где будут проходить занятия? – спросила я у новой одногруппницы.
- Тут и будут, - невозмутимо ответила она.
- То есть как тут? Это же общежитие… - сильно удивилась я.
Но девушка и слушать меня не стала, а пошла к выходу. Я так и осталась стоять в коридоре общаги, разглядывая только что вывешенное расписание.
Листы формата А4 исчерчены таблицами и исписаны иероглифами. Разумеется, ничего не понятно. Я аккуратно переписала то, что значилось в колонке напротив моей группы, и пошла на поиски добровольца, который разгадает мне эту абракадабру.
Как-то не верилось, что придется учиться в здании общежития, но, в конце концов, это оказалось правдой. Позже выяснилось, на каждом этаже есть специальный закуток, где находится по 2-3 небольших класса. И такое «счастье» выпадает только иностранцам. Китайские студенты учатся, как и положено, в университетских корпусах с огромными аудиториями. Обидно!
Занятие начинаются в 8.10. Вставать я решила в половину восьмого. Раньше - смысла нет, класс находится двумя этажами выше моей комнаты, все равно не опоздаю.
Желание наряжаться и делать макияж отпадает само собой: зачем, я ведь из здания не выхожу? Нужно только проснуться, умыться, надеть на себя хоть что-нибудь, наскоро позавтракать, взять книги и подняться за знаниями на лифте. Забегая вперед, признаюсь, что недельки через две после начала семестра атмосфера в группе стала совсем уж домашней. Многие студенты на пары приходят одетые в то же, в чем ходят дома. Многие уплетают завтрак прямо перед началом урока, а то и во время него. Порой в классе стоит такой дух еды, словно на кухне большой столовки сидишь. Ну и конечно кружки с кофе на партах. Кстати, интереснее всего в такие минуты наблюдать за корейцами. Они к парам готовятся основательно. Приносят с собой пластмассовые лотки, наполненные едой или «баодзы» (блюдо, похожее на наши позы) и с аппетитом уплетают кушанья на перемене. Во время урока некоторые достают термос с чаем, аккуратно снимают с него крышку, наливают туда жидкость. И пока грызут гранит науки, вкусно запивают его горячим напитком, отхлебывая из крышки мелкими глоточками. В общем, об учебе думать совсем не хочется.
Итак, мой первый день. Вхожу в аудиторию, сажусь за свободный стол, которых здесь не очень много. Каждый кабинет рассчитан примерно человек на 15-20. Вокруг почти все иностранцы - японцы, корейцы, монголы, австриец, американцы и афроамериканцы. Есть, к счастью, и русские.
Ровно в 8.10 в кабинете, мило улыбаясь, появляется китаянка. Раздает всем учебники и начинает говорить. На китайском! Ни слова по-английски, и тем более на русском. Хотя многие преподаватели английский знают, но общаются на нем крайне редко, в основном в начале занятий.
Получается театра одного актера. Педагог шпарит по-китайски, артистично изображает все, что пытается до нас донести, и даже рисует на доске, если уж мы совсем ничего не понимаем. О ужас! Я отсидела несколько уроков подряд и почти ничего не поняла.
Но и это не все… Даже сложно описать мое паническое состояние, когда после лекции я открыла учебник. Иероглифы, иероглифы, иероглифы… и немного пояснений на английском языке. Что в моем случае не особенно спасало положение, потому как мой английский очень далек от совершенства.
Я думала, учебе конец. Но, проучившись недельку-другую, влилась, понемногу начала понимать самое простое и стала жадно впитывать все то новое, что мне преподают.

Продолжение следует…