Премия Рунета-2020
Иркутск
-29°
Boom metrics
Общество18 декабря 2020 2:40

Спасибо, доктор: о ковидных буднях врачей, об особенностях лечения коронавируса

Рассказывает заведующий инфекционным госпиталем иркутской городской клинической больницы № 1 Артем Томаш
Спасибо, доктор: о ковидных буднях врачей, об особенностях лечения коронавируса.

Спасибо, доктор: о ковидных буднях врачей, об особенностях лечения коронавируса.

Фото: Алексей ГОЛОВЩИКОВ

Заведующий инфекционным госпиталем иркутской городской клинической больницы № 1 Артем Томаш - о ковидных буднях врачей, об особенностях лечения коронавируса и о сходстве нынешней пандемии со вспышкой атипичной пневмонии и свиного гриппа 2010-го года в Забайкалье.

До конца нынешней весны Артем Петрович Томаш и не думал изменять своей любимой хирургии - но коронавирус, уже поломавший множество судеб, внес коррективы и в его жизнь.

Трехнедельное заточение с последующей сменой специализации

- В мае среди пациентов больницы появились первые зараженные - и пришлось весь персонал и больных оставлять на карантине, - вспоминает наш собеседник. - Три недели - со 2 по 24 мая - мы безвыходно жили и работали здесь: оперировали в незащищенной зоне, а одно из отделений плановой хирургии превратилось в жилой корпус для медицинского персонала. И наш большой и дружный коллектив отработал весь период карантина как хорошие, точные часы.

Фото: Алексей ГОЛОВЩИКОВ

Хирургический корпус первой городской больницы и ранее, в доковидные времена, постоянно действовал в режиме 7/24, занимаясь оказанием экстренной хирургической, урологической, гинекологической помощи. Так что его сотрудники уже давно привыкли к работе в режиме нон-стоп, и трехнедельное заточение никого особенно не смутило. Точно так же привыкли к авральному графику медиков и члены их семей.

- Тем более что жена у меня тоже врач - она занимается ультразвуковой диагностикой в городской клинической больнице № 8, - рассказывает Артем Томаш. - А ранее мы с ней работали в одной из районных больниц Забайкалья, где она была акушером-гинекологом, так что ее сложно удивить отсутствием мужа. По медицинской линии пошла и старшая дочь, которая сейчас учится в медуниверситете - а все ее детство, можно сказать, прошло в ординаторской. Словом, особо объяснять никому ничего не надо.

Прооперировав и выписав всех пациентов, персонал в течение последней недели мая подготовил больницу для того, чтобы открыться заново. И в этот момент медикам объявили, что теперь они являются сотрудниками ковидного госпиталя. Буквально за несколько дней они подготовили помещение, перекрыли все блоки, составили штатное расписание и с 28 мая начали работать в новом статусе, а Артем Томаш из заместителя главного врача по хирургии превратился в заведующего инфекционным госпиталем.

- Госпиталь развернут на базе хирургического комплекса, поэтому все наши хирурги, урологи, анестезиологи-реаниматологи, акушеры-гинекологи и другой средний и младший медицинский персонал остались на своих местах. Пройдя специальное обучение, начали работать с коронавирусом, - рассказывает Артем Петрович.

Фото Иван ПАХОМОВ.

Фото Иван ПАХОМОВ.

Коронавирусом переболела половина сотрудников госпиталя

Весь персонал инфекционного госпиталя - порядка 400 человек, и около половины из них уже сами переболели коронавирусом: часть еще весной, потом был летний спад количества заболевших врачей, а с осени в госпитале, как и по всей стране, началась вторая волна пандемии.

Вопреки стереотипам, Артем Томаш считает, что заболеть в «грязной зоне», работая с ковидными пациентами, очень сложно - гораздо сложнее, чем подхватить заразу «на улице». Сотрудники госпиталя тщательно соблюдают меры безопасности: используют средства индивидуальной защиты, сводят к минимуму непосредственное общение с коллегами и даже пищу принимают поодиночке в специально приспособленных помещениях (кстати, врачи очень довольны обедами, которые для них доставляют иркутские предприниматели). А в обычной жизни они пользуются переполненным общественным транспортом, у многих есть дети - «маленькие инкубаторы», которым ничего не стоит принести домой вирус из садика или школы.

- Так что если руководствоваться обычными эпидемиологическими правилами, мы все должны быть закрыты на карантин, поскольку находились в контакте с каждым из заболевших. И так сегодня работают практически все российские медицинские организации, иначе работать будет просто некому, - говорит Томаш. - С этим вирусом вообще очень много непонятного: одни болеют, другие нет. Это зависит и от особенностей иммунной системы организма, и от генетики, и от ряда других факторов. Например, мужчины болеют тяжелее женщин. Очень сложно болезнь протекает у пациентов с сахарным диабетом и у гемодиализных больных с искусственными почками. А еще я заметил, что вирус не любит трусливых. Точнее, наоборот, любит, поскольку те, кто начинает паниковать, обязательно заболевают и болеют в тяжелой форме.

Иван Пахомов.

Иван Пахомов.

Заведующий ковидным госпиталем склонен полагать, что вирус щадит спокойных, выдержанных людей, целиком сосредоточенных на своей работе. Сам он, например, до сих пор знаком с болезнью лишь как врач - быть может, потому что его должность не позволяет отвлекаться на собственные хвори.

- Мой среднестатистический день начинается в 5 утра, а в 6.30 - 6.45 я уже добираюсь до работы из микрорайона Ново-Ленино, где живем с семьей. Почему так рано? Дело в том, что к 8 часам необходимо подать все сводки: в министерство здравоохранения, главному врачу больницы, в статотдел... Так что к этому времени мне бывает необходимо обобщить все, что происходило в госпитале за последние сутки, а также сформировать список пациентов, требующих дополнительного осмотра, ознакомиться посписочно с теми, кто поступил в реанимационное отделение в тяжелом состоянии, - рассказывает Артем Томаш. - Всех тяжелых мы затем обсуждаем с заведующим отделением анестезиологии и с врачами, курирующими реанимацию. После этого заходим в «грязную зону» и проводим обход, осматривая тяжелых пациентов. Тех, чье состояние стабилизировалось, нужно переводить в отделение, и я определяюсь, в какие именно палаты - в зависимости от того, необходим или нет этим людям кислород. А на их места в реанимацию переводятся из отделений пациенты с отрицательной динамикой. И все это в ручном режиме.

Иван Пахомов.

Иван Пахомов.

И столь же рано приезжают на работу остальные врачи. Первым делом им нужно изучить материал исследований: кто из пациентов получил положительные результаты анализов на ковид, кто отрицательный. Исходя из этого, доктора решают: кого можно выписать, кого оставить в госпитале, кому поменять схему лечения. В «зону» врач должен входить полностью подготовленным: то есть (в 8.30 - 9.00 утра) у него на руках уже должны быть документы о выписке выздоровевших, а в листах назначений - изменения лечения.

Про кислород и… малярный скотч

В «грязную зону» медики попадают через санпропускник, где они переодеваются в специальные защитные костюмы и маски, а также «проклеиваются»: заклеивают стыки между манжетами костюма и перчатками, между маской и капюшоном, добиваясь полной герметичности. Для такой проклейки замечательно подходит малярный скотч: именно он снимается легче обычного, а снимать его на выходе из «зоны» нужно одним движением. Главная проблема состоит в том, чтобы не занести инфекцию в «чистую зону», поэтому раздеваться необходимо очень аккуратно. Каждый делает это около своего стола под контролем одного из коллег.

Иван Пахомов.

Иван Пахомов.

- Мы закупаем этот скотч целыми блоками, ведь расходуем его рулонов по двадцать за смену. Например, за восьмичасовой рабочий день лично я - если не дежурю - захожу в «грязную зону» дважды: утром и вечером (вечером контролирую, кого выписали, осматриваю освободившиеся места и составляю список свободного коечного фонда персоналу приемного отделения). Если же дежурю, захожу не менее четырех раз за сутки. И это только я один. Представьте, сколько «проклейки» требуется нам всем, - объясняет Томаш.

Впрочем, «недежурный» восьмичасовой рабочий день Артема Петровича по факту растягивается на 12 - 13 часов. И примерно в таком же режиме работает почти весь средний и старший персонал госпиталя. При этом и сам Артем Томаш, и его коллеги-хирурги очень скучают по своей прежней работе, ведь уже более полугода никто из них не подходил к операционному столу. Вместо сложных операций, каждая из которых как произведение медицинского искусства, - внутривенная инфузия, подача кислорода, назначение препаратов.

Фото:Иван Пахомов.

Фото:Иван Пахомов.

А что поделать? Так уж получилось, что на сегодняшний день они обладают наибольшим в регионе опытом в лечении коронавируса, и им приходится использовать его на все сто процентов. Ни на что другое времени просто не остается - да и их операционные, поскольку в них есть доступ к кислороду, сегодня превратились в палаты реанимации для ковидных больных.

Фото:Иван Пахомов.

Фото:Иван Пахомов.

- Согласно приказу минздрава, емкость госпиталя составляет 248 коек, но при острой необходимости их количество может быть увеличено до 300. Хотя, по большому счету, главным определяющим фактором является количество кислородных точек - их в госпитале насчитывается 108 плюс около 35 концентраторов. То есть мы можем обеспечить кислородом около 150 человек. Этим и вызвана моя главная головная боль - постоянная ротация пациентов по палатам, часть из которых имеет доступ к кислороду, а часть нет, - рассказывает руководитель госпиталя.

Фото: Иван Пахомов.

Фото: Иван Пахомов.

Области необходимы единые схемы лечения

При этом кислород помогает далеко не всем. У коронавируса очень высокая летальность - и каждый день врачи видят очередные смерти больных.

- Пневмония, сопровождающая этот вирус, - это не «старая добрая» пневмония, знакомая нам издавна, - объясняет доктор. - Вирусная пневмония протекает очень тяжело, это крайне серьезная патология, которая связана с неадекватным иммунным ответом организма. Порой процесс поражения легких разворачивается настолько быстро, что мы просто не в силах его остановить. Мы не можем «продышать» таких пациентов даже 100-процентным кислородом. Легкие становятся словно резиновыми: настолько тяжелыми и плотными, что меха аппарата искусственной вентиляции не могут их растянуть. Конечно, за прошедшие месяцы мы наработали свои схемы, руководствуясь и собственными наблюдениями, и мировым опытом. Очень помогли, например, методические рекомендации, разработанные для московских больниц. Так что, теперь мы знаем, что эта пневмония не лечится антибиотиками: нужны противовирусные препараты, гормоны, витамин С, правильный режим питания и изоляция больных.

Фото:Иван Пахомов.

Фото:Иван Пахомов.

А еще, по мнению Артема Томаша, нашей области сегодня крайне необходимы единые схемы лечения, а значит, и единая, централизованная закупка препаратов. И к этому мнению стоит прислушаться, тем более что глава иркутского ковидного госпиталя уже видел подобное.

В 2010 году он работал главным врачом Каларской центральной районной больницы в Забайкалье - как раз когда туда нагрянули атипичная пневмония и свиной грипп. Если в Иркутске о них знали лишь из СМИ и интернета, то жители соседнего региона в полной мере оценили все «прелести» эпидемии: карантин, закрытие границ края, строгий масочный режим, высокая смертность среди заболевших, клинические проявления, которые очень напоминали сегодняшний коронавирус. Благодаря единым схемам лечения, централизованным и оперативным закупкам лекарств и необходимого оборудования, а также прочим своевременно принятым мерам, Забайкалье победило эпидемию всего за три месяца…

Фото:Иван Пахомов.

Фото:Иван Пахомов.

СКАЗАНО

Оксана КАРЦЕВА, врач Иркутской нефтяной компании:

- С Артемом Петровичем мы познакомились в самом начале пандемии, когда слово «коронавирус» вызывало ужас даже у врачей. Пугала неизвестность - традиционные схемы лечения не работали, информация о путях передачи, патогенности, течении заболевания и рекомендуемых препаратах менялась практически ежемесячно. Доктора тоже люди и не все были готовы рисковать своей жизнью и здоровьем, борясь с малоизвестной инфекцией. А Артем Петрович был готов - готов рисковать, работать «на износ», искать пути спасения, пробуя новые препараты и схемы.

Так как я сама врач, то говорить о нем могу с двух позиций: человеческой и профессиональной. О том, какой он человек, расскажу на следующем примере. Хотя Артем Петрович работает в стационаре и амбулаторных консультаций не ведет, тем не менее мне неоднократно приходилось обращаться к нему с просьбой помочь врачебным советом кому-то из наших сотрудников - или тем, кто еще не нуждается в госпитализации, или тем, кто находится в другом регионе. Я ни разу не получила отказ. Ни разу!

Порой хорошо видно, что Артем Петрович - после нескольких дежурств, невероятно уставший и измотанный, - всегда находит внутренние силы посмотреть и помочь, понимая, что опыт и знания врачей ИГКБ № 1 бесценны и спасают жизни людей в самом прямом смысле слова, ведь они в числе первых в регионе стали заниматься лечением COVID-19.

Вопрос о профессионализме Артема Петровича, я думаю, вообще не возникает: на его счету даже не десятки, а сотни спасенных жизней! И все мы осознаем, что каждая такая жизнь - это чья-то судьба, чей-то близкий и родной человек. Мы переводили в ИГКБ № 1 тяжелых пациентов из районных больниц, привозили больных из области.

Порой я как врач понимаю, что с такими показателями шансы выздороветь у человека крайне малы, что ситуация критическая, тем не менее звоню Артему Петровичу и прошу помочь, взять пациента под свой контроль. Бывало и так, что звоню вечером или в выходной день, когда Артем Петрович после нескольких дежурств наконец-то приходит домой отдохнуть и побыть с семьей, но он всегда берет трубку, всегда слышит и всегда помогает: едет в отделение, надевает костюм и идет воевать. Ведь в «красной зоне» все как на настоящей войне - только противник не виден невооруженным глазом.

Я много раз уже говорила спасибо Артему Петровичу, но хочу сказать еще раз, публично: спасибо, доктор! Я горжусь, что работаю с Вами!

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Отзывы пациентов ковидного госпиталя с сайта Иркутской городской клинической больницы № 1

- «Здравствуйте! Я пишу это письмо, чтобы выразить благодарность за Ваш самоотверженный труд в это непростое для нашего города время. Пока мы не сталкивались с пандемией, некоторые люди и не замечали, насколько сложен и важен Ваш труд. В последнее время все больше людей осознают, насколько мы нуждаемся в Вас. Благодарю Вас, что Вы посвящаете спасению людей все свое время в ущерб своим личным потребностям. Как верующий человек я считаю, что Вы поступаете именно так, как записано в Библии: «во всем поступайте с людьми так, как хотите, чтобы они поступали с вами, потому что в этом Закон и Пророки». Я не знаю, как Вы относитесь к священному писанию, но, во всяком случае, то, что Вы делаете, имеет большое значение для тех, к кому Вы проявляете свою доброту, и это одобряет Бог.

С уважением, Анна».

«Добрый день! Хочу обратиться к Вам со словами благодарности. Я Л.Л. Борищук, находилась на лечении в Вашем учреждении с 17 по 28.10.2020 с диагнозом «коронавирусная инфекция». Огромная благодарность всему персоналу за оказанную медицинскую помощь и участие! Несмотря на сложную эпидемиологическую обстановку и, соответственно, большую нагрузку на Ваших плечах, я чувствовала поддержку и внимание. При поступлении я дышала с трудом, мне было очень плохо, но благодаря правильно подобранному лечению я уже через пару дней почувствовала себя лучше.

Персонал постоянно в движении. Так, за день несколько десятков раз забегали выполнить процедуры и уточнить, как самочувствие. Анализы, тесты, томография, полностью обследование и, конечно же, лечение. Чувствовалось, как о нас заботятся. Не могу отметить кого-то лично, так как совершенно непонятно, кто приходит в «обмундировании». Такие сложные условия работы у Вас: множество пациентов, ношение СИЗов, но несмотря ни на что, Вы помогаете нам выжить. Огромная благодарность Вам за труд, за терпение. Здоровья Вам и благополучия.

С уважением, Ваша пациентка Людмила».

«Хочу выразить огромную благодарность и признательность коллективу отделения 1-й хирургии, работающего в режиме госпиталя по борьбе с COVID-19: врачам, всем медсестрам и медбратьям, младшему медперсоналу - за их героический труд, высокий профессионализм и бесценные человеческие качества, за внимание и терпение, за то, что спасаете жизнь, возвращаете здоровье. Низкий поклон вам. Берегите себя и своих близких.

И.В. Бутырина».

«Зовут меня Николай Александрович Перельштейн, мне 56 лет. Родился и вырос в Иркутске. Заболел неожиданно, как обычно. Поднялась температура. Через трое суток был поставлен диагноз «COVID-19». Проходил лечение в 1-й хирургии, палата 309 Клинической больницы № 1 г. Иркутска (ул. Байкальская, 118). Много разных историй можно прочесть и посмотреть на просторах интернета, но я коротко изложу свою.

Я видел своими глазами и испытал на собственной шкуре, что такое простое человеческое отношение медицинского персонала. Начиная от терапевта поликлиники, за которой я закреплен, бригады скорой помощи, которая доставила меня в больницу, и до обходительных молодых ребят в приемном отделении, одетых, как космонавты, которые доставили меня до больничной койки. Простое человеческое отношение - это дорогого стоит! Я видел, как тяжело и трудно носить костюмы, которые не дышат. Вдохнуть воздух можно, только подойдя к окну или прижавшись к холодному стеклу. У медсестры, которая нам ставила уколы и делала капельницы, порвалась перчатка, но она просто заклеила ее скотчем и продолжила работу.

За смену персонал госпиталя проходит не менее 5 - 7 км по коридорам больницы - в маске и костюме, который не дышит. Это покруче, чем сталевар у мартеновской печи! Им так же не хватает воздуха, как и больным, лежащим в палатах.

Я безгранично благодарен врачам и всему медперсоналу Иркутской клинической больницы № 1. Спасибо за ваш труд и помощь, которую мне оказали. И дирижеру, без которого нет оркестра (извините за сравнение, пишу от души)».

Интересное