Общество28 января 2010 8:04

Год 2010: Шестеро объединяются смело

Документы подписаны, переговоры завершены, приемы закончены. Очередная 12-я встреча стала частицей реальной истории.

Самолетик, похожий на жука, зажужжал двумя своими моторами, разогнался, резво взлетел и вмиг подпрыгнул на заданную пилотом высоту. От Иркутска до Улан-Батора лету час с хвостиком. Каких-то 500 с лишним километров. При таких расстояниях трудно не быть побратимами, невозможно не торговать, не обмениваться делегациями, не следить за новостями, не упрощать визовый режим, не понимать, что начало одной земли - есть продолжение другой.

Понимают все: от туриста до президента и премьер-министра – Монголии сегодня в России особое внимание.

… «Жучок» также резво приземлился в столице Монголии. Я не был здесь ровно 20 лет! Все интересно и неузнаваемо. Достаточно оказаться на трассе, чтобы понять - изменилось все или почти все. Некогда по-степному размеренный и спокойный город превратился в мегаполис. Последствия на виду. Километровые пробка сплошь из джипов и дорогих легковушек.

В Улан-Баторе сохранился район юрт. Там живут те, кто привык к традиционной жизни монгольского кочевника. Привык ли? Паучок сомнения заставлял с некоторой иронией слушать рассказы моего коллеги о радости и счастье людей, живущих в этих юртах с удовольствием. А душ? А вода? А туалет, наконец? Но знаток, предчувствуя мое недоверие, мимоходом добавил, что почти у каждой юрты дизель и машина. У кого джип, у кого велосипед. Но никто не ропщет, каждый выбирает по себе…Я подумал: все-таки 21-й век. Нет ничего невозможного. Может, там у каждого по подземному этажу с баней и соляной пещерой!?

По дороге мой знакомый показал на малоэтажный городок за кованым забором – спальный район «новых» монголов. Действительно для новых - цены на квартиры, как в Иркутске. Значит, очень дорого, сравнимо с Москвой.

Да, Улан-Батор другой. Сколько событий, сколько изменений во всех частях страны. Разве что в степи остались не дороги, а направления… и, как принято говорить о подземных кладовых, – все при них. С точки зрения сырьевых ресурсов, Монголия - страна богатейшая, стратегически важная.

Итак, 23 января. Монголия. Улан-Батор. Заседание Правления Делового совета ШОС. ШОС – это Шанхайская организация сотрудничества, в геополитическом плане такая же важная, как, например, ЕЭС. На встрече ШОС в Пекине по просьбе Монголии очередной саммит было решено провести здесь – на земле, овеянной легендами и преданиями о Чингисхане.

Но иркутяне летят на эту встречу еще и потому, что пора возвращаться к тем отношениям, которые были во времена СССР, когда мы находились в одном круге. Я помню этот ударный лозунг «Дружба - Найрамдал!», помню, что Иркутск был базой для подготовки монгольских специалистов и практически вся Монголия понимала русский язык, что предприятия обменивались специалистами, парткомы делегациями, а вузы учеными и студенческими строительными отрядами. Ох, как хорошо все это цементировало и дружбу, и найрамдал! Кстати, и сейчас монголы вполне разумеют российскую мову. Во всяком случае, объясниться с ними на различные темы, особенно по поводу культур-мультур, можно сносно и сейчас.

На улице -34, но холода почувствовать не удалось. Правление Делового совета Шанхайской организации сотрудничества, которым дирижировал иркутский губернатор Дмитрий Мезенцев, задало такой темп работы, что мы только успевали переходить из здания в здание – встреча, выход к прессе, интервью участников.

Человеку, не искушенному в политических делах, все равно не удастся постичь во всей полноте хитросплетения дипломатических переговоров. Человеку, не искушенному в политических делах, важно другое: чем эти слова обернутся для его конкретной страны, города, а еще лучше для его семьи, родственников, детей, для его работы или бизнеса. Как только он, среднестатистический житель, начинает понимать, какие слова государственных мужей всего лишь искусство дипломатии, а какие завтра или послезавтра воплотятся в самые реальные дела, от которых ему будет хорошо, а еще лучше выгодно, все сразу же становится на свои места… Вот тогда и поешь «Широка страна моя родная» или «Нам нет преград на море и на суше». Это исключительно дипломатические песни.

Интересов много, и все они разные. Наверное, потому так много и так разнообразны политические и экономические организации. Наверное, потому такое множество различных межгосударственных встреч – культурных, политических, экономических… Возьмем, к примеру, ШОС. Она объединила шесть государств азиатского Востока: Россию, Китай, Казахстан, Киргизию, Таджикистан, Узбекистан. В качестве наблюдателей в работе ШОС участвуют Иран и Монголия.

Достаточно прикинуть территорию стран участников ШОС, их геополитические и экономические потенциалы, чтобы представить ее место в мире.

У ШОС есть Деловой совет, рабочий орган, который готовит к встречам высших руководителей те или иные проекты. Разумеется, на обсуждение предлагаются самые интересные и взаимовыгодные, те, которые шаг за шагом помогают национальным экономикам решать возникающие проблемы, которые отражают их стратегические потребности и возможности.

В последнее время жители Приангарья следят за работой ШОС и его Делового совета внимательнее. Ведь его Правление возглавляет губернатор Иркутской области Дмитрий Мезенцев.

И хотя он стал губернатором уже будучи в ранге Председателя Правления Делового совета ШОС, я усматриваю в этом возращение исторической традиции – иркутские губернаторы в международной политике в исторической ретроспективе играли в Российской империи роль чрезвычайно заметную. Достаточно вспомнить графа Муравьева-Амурского и его вклад в отношения с Китаем. Все начальники иркутского форпоста России на азиатском Востоке в той или иной степени проявили себя в развитии отношений с Японией и Кореей, Монголией и Китаем. Их имена в истории.

Деловой совет – организация общественная. Но это всего лишь подтверждает простую истину: там, где интересы совпадают, где все признают компетентность каждого, организация становится значимой и полезной. Деловой совет, созданный в 2006 году, орган серьезный. Страны-участники делегировали туда людей опытных, если не сказать искушенных в политике, ибо именно здесь «создается» реальное «меню» для национальных лидеров, формируются повестка и перечень очень конкретных и, безусловно, позитивных проектов в области экономики (шосовцы любят подчеркивать – реального сектора экономики).

С Деловым советом встречаются высшие руководители стран-участников, и этим сказано все. Нет, почти все. Что сказать, чтобы было все? - Деловой совет живет вопросами реального сектора экономики.

Почему Деловой совет работает эффективно?

Да потому, что одна из важнейших его задач - решать региональные или, попросту говоря, местные проблемы.

К примеру, мы хотим, чтобы в Иркутск и Иркутскую область пришли инвестиции – т.е. открылись новые заводы и заводики, банки и туристические компании, рестораны и гостиницы. Бизнес готов осваивать территорию, но ему нужна гарантия, что с его деньгами ничего не случится. Он хочет, чтобы его риски застраховали. Вот и решает Деловой совет, как наладить в рамках ШОС этот процесс, как «доразвить» рынок страхования, как сделать его комфортным. Как только это случится, иркутский бизнес потянется в Монголию, китайский, к примеру, - в Иркутскую область, а таджикский или иранский (страна наблюдатель в ШОС) - в Казахстан.

В Монголии стада крупного и мелкого рогатого скота – одна из главных статей экспорта. Тот, кто бывал в Монголии, знает - мясо там вкуснейшее и поистине полезное. А в Иркутской области мясокомбинаты, которые когда-то традиционно получали это сырье и перерабатывали его на колбасу и котлеты, сегодня тащат его из Бразилии, Австралии и Новой Зеландии. Посмотрите на карту, и всем станет ясно, отчего мясные деликатесы дорожают день ото дня.

Председатель Правления Делового совета Дмитрий Мезенцев проталкивает эти и другие вопросы, настаивает, чтобы узелки, мешающие иркутянам приобретать продукты дешевле, развязывались или разрубались. И так шаг за шагом, интерес за интересом.

Нередко интересы страны и Иркутской области пересекаются. Вот решили шосовцы создать объединенный центр делового сотрудничества. Попросту говоря – бизнес-клуб. Россия свой путь прошла – участниками его станут «Газпром» и «Транснефть», «Базэл» и РЖД, «Мечел» и «Илим». Многие предприятия этих транснациональных корпораций не просто присутствуют на Иркутской земле. Они ее непреложная реальность. Что это даст Приангарью?

- Мы договорились, что такие центры будут созданы в каждой стране до очередной встречи глав правительств, - сказал Дмитрий Мезенцев. - Мы создадим юридическое лицо, которое станет постоянно действующим инструментом поддержки усилий экономических блоков правительств, торгово-промышленных плат по реализации более чем 100 социально-экономических положений торгово-экономического сотрудничества, которые обсудили и согласовали премьер-министры стран-участников ШОС. А еще решили создать ассоциацию туроператоров стран ШОС. Тут уж Иркутская земля точно выиграет. Байкал в России один!

Кажется, еще совсем недавно ШОС обсуждал транспортные проблемы, а ректор Иркутского университета путей сообщения профессор Хоменко «скромно» информирует: в Монголии он открыл первый и единственный филиал федерального вуза, в котором уже обучается более 125 студентов. Между прочим, все кадры национальные – монгольские ребята.

Мой коллега - телевизионщик, генеральный директор телекомпании «Аист» Амгалан Базархандаев - показал филиал в Улан-Баторе. Единственное российское ТВ на перекрестке азиатских дорог! Там, между прочим, воспринимают этот телеканал, как российский.

Вот уж кто точно не почувствовал столичного мороза, так это Дмитрий Мезенцев. Накануне он выступал на Госсовете. Там была чистая политика, столкновение мнений и взглядов. Политическая система России - дело трудоемкое. Сколько еще таких заседаний впереди – никто не скажет. Никогда еще иркутские губернаторы до Мезенцева не получали слова на Госсовете. И то, что говорил наш губернатор, и как он это говорил, мы смогли видеть по телевидению. Не могло не понравиться. Может быть, чуть-чуть волновался - так случай-то особый.

Зато Мезенцев твердо стоял на земле. Он говорил о реальных возможностях муниципалитетов, которым дали полномочия, не подкрепленные деньгами, предлагал оппозиции кое-что делать без громогласных призывов. Просто делать. Он часто говорил в докладе о простом человеке, которому живется ох как непросто.

Потом полдня в пути до Улан-Батора, ночной перелет и утреннее заседание Делового совета. Мне точно известно, что после Улан-Батора он должен был сразу улететь в Китай…

Специально для иркутян. Мезенцева уважают, он признан не только как губернатор огромной исторической территории. Он несет в себе стилистику федерального уровня. А это значит, он достаточно сильно искушен в реальных делах, быстро отличает выгодное или нет для территории, содержательное от пустопорожнего.

Это дословно его слова:

- Конечно, по разном шло обсуждение инвестиционных проектов, но нам хватило мужества и воли. Когда мы находимся в какой-то стране и слышим предложения от представителей национальной части Делового совета не брать эти предложения в работу «автоматом», как бы ни был радушен прием, а рассматриваем их через призму реального интереса. Может быть, это не всегда комфортно, но это базовый принцип…Он называет Деловой совет системным нарушителем нормативных документов, которые принимались на высшем уровне. Вместо шести Деловой совет прошел 12 раз. Это значит, местным вопросам было уделено внимания в два раза больше.

Документы подписаны, переговоры завершены, приемы закончены. Очередная 12-я встреча стала частицей реальной истории.

Как хорошо, если она реально продвинет нас к лучшему.