Политика30 августа 2012 12:31

Губернатор Иркутской области Сергей Ерощенко: «Сибирские проекты должны быть уникальны по сути» (часть2)

Для читателей "Комсомолки" глава региона дал свое первое интервью
Сергей Ерощенко: - У нас много выдающихся людей, все они хотят сделать жизнь в Приангарье комфортной.

Сергей Ерощенко: - У нас много выдающихся людей, все они хотят сделать жизнь в Приангарье комфортной.

Окончание. Начало в номере за 28 августа и на сайте

Корр.: Вы затронули вопрос госрегулирования. Но ведь многие уважаемые эксперты, ученые, президент и премьер России нередко говорят о неэффективности государственного управления собственностью. А Вы намекаете на то, что следует заставить собственников думать о завтрашнем дне.

С. Ерощенко: Мы никого заставлять не будем. Мы будем создавать конкурентное пространство, комфортную среду. Есть у нас нерадивые строители, поставщики, исполнители. Получают госзаказы, предоплату по ним, деньги крутят­-вертят, а в итоге срывают выполнение работ. Задача государства сделать так, чтобы с такими исполнителями мы больше не работали. Нужно освободить от них рынок и дать возможность расти тем, кто бережет свою марку. Государство обязано выполнять свои обязательства. Иркутская земля ничем не хуже Москвы, Красноярского края, Новосибирской области. Мы тоже хотим жить комфортно. Но какой комфорт, если на все есть оправдания.

Пока я губернатор – таких подрядчиков не будет.

Корр.: Раз уж зашла речь о взаимоотношениях государства и частных собственников, поговорим о БЦБК, этом ужастике последних 30 лет. Сколько копий сломано, сколько политических карьер на этом объекте создано, а он чадит себе и чадит.

С. Ерощенко: Нет более понятной и прозрачной ситуации, чем БЦБК! На уровне знаний все решено давным­-давно. На уровне современного понимания, что с этим объектом делать, тоже все ясно. дело осталось за малым (смеется) - ­ закрыть его и точка.

Давайте сразу определимся. Первое. Никто из ныне здравствующих людей не виноват и не причастен к тому, что на берегу Байкала появился этот комбинат. Второе. Нужен ли он был в принципе? Нужен. Эта необходимость диктовалась временем и ситуацией. Третье. Нужно было его ставить на Байкале? Нет. Но в то время все диктовалось не экологией, а экономической целесообразностью – здесь дешевле, здесь сподручнее (сырьевая база) и т.д.

Объективности ради отметим: на тот момент подобные предприятия ставились или уже действовали в ряде стран и строили их также у чистых озер, рек и морей. В США, к примеру, в Финляндии.

Теперь, что с ним делать сегодня? Разумеется, закрыть. Как это сделать, механизм тоже вроде понятен. Есть собственники, они­-то и обязаны решать многолетнюю проблему.

Но даже государство не может себе позволить взять и повесить замок на заводе. Ведь БЦБК – это город и люди. И мы не имеем никаких прав создавать там ни экологической катастрофы, ни социальной. Я убежден, что такого рода проекты может решать только государство. Думаю, один из сценариев мог быть таким: убедить собственника перестать спекулировать и шантажировать государство проблемами, которые возникнут, если БЦБК остановить. Далее передать комбинат ВЭБу. Банк, ВЭБ должны заниматься не реконструкцией старого, изношенного завода, а искать замещающее производство в сфере транспорта, судостроения, точного приборостроения… Да много чего можно завести на готовую площадку, где есть энергомощности, людские резервы, транспортные пути.

И этот процесс нужно завершить, конечно, утилизацией отходов. К сожалению, наука пока ничего не предлагает, кроме как засыпать шлаком лигниновые поля.

Еще раз подчеркиваю, подобными проектами должно и может заниматься только государство, у которого нет другого интереса, кроме как разрубить это гордиев узел. Как только мы сюда допустим частника, он появится со своей мечтой о реконструкции, распиловкой леса и т.п. Вот этого допустить никак нельзя. Поэтому мы, привлекая инвестора, ведем активные переговоры с госхолдингом, который возглавляет С.В. Чемезов, и надеемся открыть с его помощью высокотехнологическое безотходное производство. А поскольку вопрос о БЦБК стоит на контроле у президента, я уверен, мы задачу выполним. К сожалению, не так быстро, как хотелось бы, но эту историю надо заканчивать.

Очень плохо, когда собственники в своих локальных интересах манипулируют людьми: толкают их на забастовки, голодовки, а под шумок и народный протест выбивают различного рода антиэкологические послабления и отсрочки. Рано или поздно это закончится. Лучше бы пораньше.

Многие проекты лежат в интеграционной плоскости. Мы, конечно, можем и будем сами осуществлять отдельные проекты, но с точки зрения экономики, истории, культуры, экологии, Сибирь географически и геополитически территория цельная. И если не забывать об эффективности и прибыльности, к примеру, производства, то лучше сразу рассматривать не только специализацию, но и кооперацию. Вот наше иркутское передовое предприятие ИАПО. Вы знаете, оно производит детали и узлы для Аэрбаса. Замечательно, что их уровень и компетентность позволяли встроиться в международный проект. Это только повышает интерес к их основной продукции – самолетам. Таких примеров по Иркутской области достаточно.

Огромное пространство Сибири нужно активнее встраивать в мировое сообщество. Тогда появятся и новые идеи, и реальные планы, и, что самое важное, ­ конкуренция.

Пока обустройство Сибири все более напоминает точечное строительство ­ тут завод поставили, там комбинат запустили. Сибирь – российская территория с единым внутренним стержнем. Вероятно, необходим какой-­то генеральный план развития края. Не случайно ведь и «Сибирское соглашение» возникло, и федеральный округ единый. В 70-­ 80­х годах, как известно, была стратегия создания ТПК ­- территориально­промышленных комплексов. Сейчас наступило время новых, прорывных идей. Знаете, нам бы не помещало мероприятие наподобие конференции по развитию производительных сил Восточной Сибири, которая состоялась в Иркутске в 40­х годах прошлого века. Мы до сих пор пожинаем плоды этой уникальной встречи выдающихся умов России.

Нужно объединять усилия территорий, кооперироваться, тогда можно говорить о действительно значимых проектах. Мы вот в Иркутской области думаем, что мы самые умные, и никого сюда не пускаем. Потому и топчемся вокруг каких-­то мелких и малопонятных идей. Ну не смешно ли рассуждать на полном серьезе, к примеру, кто больше любит Байкал - ­ Бурятия или Приангарье. А жителю этих субъектов, по большому счету, все равно. У нас как был слаборазвитый туризм на чудо­-озере, так и остался. А в это время РАО «РЖД» предлагает нам Кругобайкальскую железную дорогу забрать в собственность. Где взять несколько десятков миллионов рублей, чтобы ее содержать. Дополнительная нагрузка. Согласен, бюджет для этого не предназначен.

Но мы имеем дело с действительно уникальным историко-­культурным и туристическим объектом, каких во всем мире по пальцам пересчитать. Для любого инвестора этот отрезок Транссиба вызовет громадный интерес. Ведь Кругобайкалка – это практически весь юг Байкала… с землей. Поэтому надо все-­таки думать о государственном подходе, думать, как заставить и этот кусочек территории работать на благо Иркутской области.

Корр.: Вы сейчас говорите об очень серьезной проблеме нашего ведения дел. Везде какие­-то препоны. Между тем понятно: чем больше хороших заводов и проектов, тем богаче живет территория, тем привлекательнее бюджет.

С. Ерощенко: Каждый руководитель должен задумываться об этом, а еще лучше -правильно делать. Нужно все­-таки добиваться ответственности от исполнителей. В том числе и тех, кто в госорганах работает. Последних в особенности. Потому что их главная задача ­ - в концентрированном виде улучшать бюджет, правильно его наполнять и расходовать. И неважно, где ты исполнитель – в сфере культуры, спорта или экономики. Все взаимосвязано. В моей администрации тех, кто будет жить по принципу «моя хата с краю», не будет. Я пока присматриваюсь к людям, пытаюсь понять их целеполагание, мотивацию. Потому сегодня за все отвечает и за все ответственен губернатор Сергей Ерощенко. Маленький пример. ВСЖД предложила закрыть четыре переезда. Это было месяц назад. Только спустя месяц я получаю от минстроя моей администрации предложение провести совещание. Существует такая практика -­ проводить совещание по любому рабочему вопросу. Знаете, это больше похоже на способ снять с себя ответственность. Вызвал я этих голубчиков ­ и в полчаса все решили. А ведь они давным­давно должны были выехать на место и все сами посмотреть. Действительно, ненужные переезды – закрыть, а те, что необходимы для местного населения, оставить и предложить собственнику их отремонтировать, чтобы не усложнять жизнь тем, кто здесь живет и работает. Это ведь наши люди. Какое­-то время я еще буду заниматься текучкой, но через годик, максимум два я все­-таки буду работать губернатором. Его задача – стратегия, выход на крупномасштабные проекты, понятные населению. Приложу все усилия, чтобы появился председатель правительства.

Корр.: Большой ли проблемой стало формирование правительства?

С. Ерощенко: Я не скажу, что это проблема. Сложности, безусловно, есть. Непросто при формировании команды собрать талантливых людей. А мне нужны именно такие. Они в своих сферах должны быть лидерами, эффективнее, чем губернатор, понимать не только законы, но и жизненные коллизии. На то они и профильные лидеры.

Корр.: Существуют предпочтения в кадровой политике?

С. Ерощенко: Все зависит от задачи. Если мы говорим о специалистах на уровне моих замов, то это, как я уже говорил, ярко выраженные лидеры. Они должны опережать меня, помогать разбираться в узких вопросах. А вот министр финансов или экономики ­ прежде всего помощник губернатора. Здесь важнее знания, понимание тонкостей.

Корр.: Там, где много лидеров, неизбежны дискуссии и споры. А тут все­таки правительство…

С. Ерощенко: Вот и отлично. Поспорим, от этого еще никому не становилось хуже. Мне брат Николай, когда мы компанию создали, как услышит дискуссию с работниками, все выговаривал: мол, твоя лаборатория. До принятия решения нужно говорить, сверять точки зрения, вычленять идеи. Когда же решение принято, то дискуссии уже исключены. Тогда только дисциплина исполнения, пусть даже военная.

Корр.: Как будете оценивать членов своей команды?

С. Ерощенко: По результатам и по процессам, в которых эти результаты складывались.

Корр.: Вы понимаете, что и от Вас ждут результатов: более комфортной среды для людей, развития экономики, финансовых результатов. Да много чего ждут от губернатора…

С. Ерощенко: Когда еще только начиналась выборная кампания в Государственную Думу, когда создавалась партия «Правое дело», на вопрос: пошел бы я на губернаторские выборы, отвечал: безусловно. Несмотря на то, что чиновником во власти я никогда не работал, дом, где размещаются правительство области и Законодательное собрание, для меня ­ комфортная среда. Я понимаю, что нужно делать, что должны делать люди, приходящие сюда на работу, и хочу сразу подчеркнуть: они все хотят или должны хотеть обустроить Приангарье, сделать жизнь здесь комфортной. Хотите верьте, хотите нет, но все они для меня близкие, приангарские, до боли родные.

Корр.: А кто тогда в приоритете – випы, избиратель, общественное мнение? Через пять лет, вам, вероятно, придется идти на свободные выборы…

С. Ерощенко: В приоритете люди. Будет сложно, появятся тупиковые вопросы ­ пойду, не стесняясь, к владыке Вадиму, Валентину Григорьевичу Распутину, Денису Мацуеву позвоню, с прессой пообщаюсь.

Есть идея сформировать при губернаторе советы – не только из старейшин, но, скажем, из молодежи, спортсменов, ученых, медийщиков... Да пусть хоть кавээнщики будут. Пусть в советы попадут неудобные персоны, чтобы задавать неудобные вопросы. Я вообще люблю неудобных, они полезны для работы.

Все удивлялись, когда я выдвигал Лукина уполномоченным по правам человека. Он мне весь мозг, простите, вынес, когда я еще гендиректом Воссибугля работал. Причем ругался зачастую необъективно. Но он и сейчас задает вопросы, которые меня самого тревожат. И слава богу, что он их озвучивает.

А вот тех людей, которые заслужили благодарность, Приангарье будет выделять. Они наша гордость, наша слава. Люди должны их видеть, иметь возможность общаться. Денис Мацуев – наше национальное достояние. Он земляк для каждого кеульца, братчанина, иркутянина, ангарчанина. С его помощью мы построим великолепный и лучший в Сибири концертный зал. К нам сейчас звезды классической музыки приезжают. Фестивали на Байкале стали популярными и престижными благодаря Денису. Я уверен, что зал пустовать не будет, а сколько приятных минут смогут испытать наши люди. Мне не стыдно признаться в любви к этим выдающимся людям.

Земля Иркутская давным­ давно заслуживает большего внимания и помощи прежде всего от тех, кто называет ее малой родиной. Если мы переменим к ней отношение, не будем бояться прямого диалога, перестанем стесняться говорить правду о тех, кто ее позорит, то результат не заставит себя ждать. И если вы заметили, как губернатор я с этого и начал.

Мы еще очень внимательно посмотрим на работу крупнейших предприятий области, которые в собственности у известных российских бизнесменов. Посчитаем, сколько налогов платят они в местную казну, сколько садиков, школ, стадионов открыли. Ибо если все или почти все уходит с территории – это путь в никуда. Это новые БЦБК и Усольхимфармы.

Корр.: Есть иные реальные примеры?

С. Ерощенко: Группа «Илим» прислала письмо – она готова восстановить аэропорт в Усть­-Илимске и Братске. А это крайне важно, чтобы наш Север меньше заглядывался на Красноярский край. Мы благодарны Роснефти, подписавшей соглашение, по которому АНХК стал консолидированным плательщиком налогов. Он ведь ушел от нас, но после трудных переговоров мы его вернули. Вернули на территорию миллиарды налогов и стабильную поставку сырья на Саянскхимпласт. Находимся в процессе переговоров и с другими крупными холдингами. Моя позиция проста: с теми, кто хорошо работает и понимает интересы территории, будем работать основательно. Уверяю вас, им будет очень комфортно и выгодно сверять свои планы с нами.

Корр.: Говорят в «сером доме» перестали работать до и после полуночи?

С. Ерощенко: Если мне необходим кто-­то из специалистов, я предупреждаю его заранее. Есть такое понятие, как производительность труда, это касается и администрации. Будем спрашивать за эффективность, а не за ночные бдения, в коих не вижу особого смысла.

Корр.: Вы говорите о другом отношении жителей Приангарья к своей области. А люди считают, что если бы новые собственники оставляли здесь больше налогов, а не вывозили их вместе с продукцией, которая на нашей земле создается, тоже было бы неплохо.

С. Ерощенко: И я так думаю. Сейчас правительство действует в этом направлении. Садимся с каждым собственником друг против друга и по пунктам идем: налоги, рабочие места, экология, детские сады, помощь школе, культуре и так далее. Ни один мой земляк в Приангарье не должен за копейки создавать гигантские прибыли собственникам. Крупный, высокодоходный бизнес, наполняющий бюджет, ­ это замечательно еще и потому, что рядом с ним всегда возникают бизнес малый и средний. Так происходит везде без исключения, где умное государство и не вороватый предприниматель. Где заводы – там детские сады и школы, где налоги и зарплаты ­ там магазины и культурные центры. И никто после окончания вуза, как сейчас, не будет стремиться бежать очертя голову куда угодно, лишь бы подальше от Байкала.

Корр.: Вам в «сером доме» интересно? Или это всего лишь работа без конца и без края?

С. Ерощенко: Очень интересно. Это же возможность привлечь самых умных и талантливых людей для решения задач, для консолидации наших усилий. Первым человеком, который зашел ко мне в кабинет после инаугурации, был академик Гелий Александрович Жеребцов. Члена­-корреспондента АН РФ Бычкова и строителя Битарова я назначил своими советниками.

Я спрашиваю академика, почему вас не вижу в администрации, Вы должны быть здесь каждый день. Он разводит руками: нас тут не жалуют. Будем жаловать.

Корр.: Какие сны вам снятся?

С. Ерощенко: Мне кажется, губернаторы вообще снов не видят (смеется). У меня день настолько насыщенный, настолько результативный, что порой увижу подушку ­ и проваливаюсь… Так уже бывало, когда я в Воссибугле работал. Было время, неделями не спали. Тогда Дальний Восток замерзал, а у нас самих минус 45 ­ 50 держалось. И приходилось в такой мороз заводить экскаваторы, чтобы уголь добыть для Приморья.

Корр.: Если у Вас плохое настроение, то…

С. Ерощенко: Спортом занимаюсь, общаюсь с детьми или ухожу побродить. Когда хорошее настроение – 5 километров бегаю, плохое – 10. То же самое и в работе. Когда больше работаешь ­ забываешь о настроении.

Глава области признался, что здоровый образ жизни ему привил отец. Футбол – одно из главных хобби. Им Сергей Ерощенко увлечен с шести лет.

Глава области признался, что здоровый образ жизни ему привил отец. Футбол – одно из главных хобби. Им Сергей Ерощенко увлечен с шести лет.

Корр.: У губернатора уже сложился распорядок дня?

С. Ерощенко: Он уже давно существует. Я ведь вырос в шахтерской семье. Отец на работу очень рано уходил. И я с тех пор очень рано встаю.

Корр.: Что в еде предпочитаете?

С. Ерощенко: Без фанатизма. Люблю сибирскую пищу – пельмени, к примеру, жареную картошку. А когда в горы уходим – там все больше каша.

Корр.: Любимое время года?

С. Ерощенко: Весну очень люблю. Мы же сибирские люди, нам тепла не хватает.

Корр.: Хобби?

С. Ерощенко: Работа и спортивный отдых. Для меня наслаждение, когда вертолет высаживает нас в горах... Попадаешь в экстремальные условия (смеется) ­ например, медведь продукты съест, приходится на одних грибах неделю сидеть... Футбол с шести лет…

Корр.: Сергей Владимирович, а как жить хорошо?

С. Ерощенко: Вопрос вопросов. Главное ­ чтобы ты был нужен. Одному человеку, десяти или сотне. Обманывать людей нельзя. Вот когда это получается, то и жить хорошо.