Политика

Мифы и правда о Сергее Соколе

Сергей Сокол сам подтверждает или опровергает их сегодня в интервью «Комсомольской правде»
Евгения МОРОЗОВА
Сергей Сокол: прямые ответы на прямые вопросы.

Сергей Сокол: прямые ответы на прямые вопросы.

Давно уже ни один политик, предприниматель, чиновник, будь он местный или приезжий, не вызывал такого жгучего интереса, как Сергей Сокол. Советник генерального директора крупнейшей государственной корпорации «Ростех», прямо и недвусмысленно заявил, что идет в депутаты Законодательного собрания Иркутской области от партии «Единая Россия» в нашем избирательном округе N3. Более того – возглавит в случае победы областной парламент. «Кто стоит за Соколом?», «Правда, что он вырос за границей?», «Почему именно он?», «Правда, что он родственник другу Президента?» -- новый человек в иркутской политике вызвал шквал домыслов и слухов. Большинство из них Сергей Сокол сам подтверждает или опровергает сегодня в интервью «Комсомольской правде»

-- Сергей Михайлович, если мы сейчас выйдем на улицу и спросим у кого-нибудь: «Вы знаете Сергея Сокола?»… Что, как, вам кажется, ответят люди?

-- Смотря кого встретим. Если кого-то из Иркутска-2 – скажут советник Сергея Чемезова, директора государственной корпорации «Ростех». Или из Ново-Ленино -- скажут кандидат в Законодательное собрание по нашему округу. А если мимо идет человек из Тайшетского района, то скажет «не знаю». И это нормально, правильно. Начнется депутатская работа в Законодательном собрании – узнает. Всему свое время. Вчера вот была встреча у меня с жителями Ленинского округа. С кем-то познакомились, с кем-то поспорили, кто-то в гости пригласил.

-- Кто пригласил?

-- Совет ветеранов Ленинского округа.

-- Пойдете?

-- От таких приглашений не отказываются. Взрослые, прожившие жизнь люди, строившие завод и этот район… Пойду и буду долго благодарить за эту возможность.

-- О чем вас спрашивали на встрече? О чем говорили?

-- Это уже не первая моя встреча с жителями округа. Главный тезис всегда один – люди хотят жить лучше. Хотят, чтобы продукты, товары и услуги были дешевле. Чтобы медицина в округе развивалась. Чтобы управляющие кампании работали лучше. Конкретно в Ново-Ленино нужен, например, кинотеатр.

-- Решать проблему с наличием -отсутствием кинотеатра в Ново-Ленино – это уровень депутата Законодательного собрания?

-- Что за снобизм? Это уровень любого депутата в любой территории. Жители Ново-Ленино и «второго Иркутска» всегда могут считать меня «своим» депутатом. Не имеет значения на какой уровень законодательной власти я выиграю выборы. Хоть в Государственную Думу.

-- Сергей Михайлович, это правда, что государственная корпорация «Ростех» готова инвестировать в производство нашего самолета МС-21 несколько десятков миллиардов рублей?

-- Да, это так. Речь идет о суммах 30-40 миллиардов в течение трех лет. Инициатива уже согласована с Президентом.

-- Что это значит для жителей Иркутской области и Ленинского округа?

-- Эти деньги значат одно – самолетов будет производиться больше. Рабочих мест на заводе и сопредельных производствах станет больше. Налоговых отчислений в бюджет нашей области станет больше. Чем богаче предприятие, тем больше у него возможностей повышать людям зарплату и тратиться на социальные проекты. Как правило на заводе работают те, кто и живет рядом. Поэтому любое позитивное изменение на предприятии коснется его сотрудника.

-- Может идти речь о расширении производства?

-- Конечно. У нас в стране высокие потребности в среднемагистральном самолете: не хватает аппаратов, летающих на расстояния от 2500 км до 6000. Поэтому в России существует проблема межрегиональных перевозок. Авиакомпании охотно летают из разных городов в Москву, на дальние расстояния. Но если вам нужно из Иркутска полететь в Томск, вы вынуждены будете тоже лететь через Москву, теряя время и деньги.

-- Правда, что вы -- родственник Сергея Чемезова, директора государственной корпорации «Ростех», друга Президента России?

-- Неправда. С Сергеем Викторовичем я познакомился в 2008 году. Правда в том, что мы с тех пор работаем вместе.

-- У вас есть родной город? Вы работали в разных регионах России: Таймыр, Красноярск, Норильск, Москва…

-- Родной для меня Севастополь: я там родился.

-- Правда, что ваш отец – военный разведчик?

-- Да, офицер Главного Разведывательного управления СССР. Его зовут Михаил Павлович. Он родился в Херсоне, учился в Севастопольском высшем военно-морском училище. После него служил на атомной подводной лодке на Севере. А потом снова учился -- на военного разведчика, и после много лет работал за границей. Ему 75 лет будет в этом году, он на пять лет старше мамы.

-- Мама кто по профессии?

-- Она инженер, стояла у истоков компьютерного программирования, закончила Севастопольский приборостроительный институт. Но когда приходилось из-за длительных командировок отца – работала и воспитателем детского сада, и в библиотеке. В общем, жена офицера. Маме в декабре будет 70 лет. Ее зовут Татьяна Витальевна. Мудрая женщина, всегда сдерживала папину решительность в вопросах воспитания детей…

-- Отбирала ремень?

-- До этого не доходило у нас (смеется – авт. ). Родители оперировали в основном санкциями, а не физическими наказаниями.

-- Правда, что вы учились с первого по десятый класс в социалистической республике Куба?

-- Да. Отец там служил. Я закончил школу при советском посольстве.

-- Как растут дети в семьях разведчиков за границей? Постоянный самоконтроль? Не сказать или не сделать чего-то лишнего вне стен дома: «Молчи, тебя слушает враг»?

-- Да нет, конечно. Не было этого. Но я, кстати, отца не видел, по-моему, ни разу в военной форме несмотря на то, что он офицер разведки. Всегда в штатском. Я только когда вырос, узнал что папа, оказывается, брал меня маленького на встречи, скажем так… с источниками..

-- Мальчик Сережа был прикрытием?!

-- Вроде того (смеется – авт.) Просто мужчина с ребенком. Когда я вырос, он мне рассказал. А в целом, детство в школе при посольстве было таким же, как у всех в Советском Союзе: октябрята, пионеры, комсомольцы, уроки. Кроме пальм на улицах, пожалуй. Если серьезно, то отличие было одно – часто менялся состав класса: родители детей приезжали в командировку, уезжали. С нами учились дети кубинцев, которые работали в посольстве в Москве.

-- А ведь от социалистической Кубы до капиталистической Америки рукой подать…

-- Да! Мы даже с пацанами ставили на крышах самодельные антенны, чтобы ловить телевидение Майями (город на побережье штата Флорида – авт.). Там 90 миль по прямой до острова Ки Уэст. И вот в хорошую погоду можно было поймать кусочек какой-нибудь американской программы с плохоньким изображением.

-- Вы встречаетесь в этой новой, постсоветской жизни с однокашниками по Кубе?

-- Конечно.

-- Кем они стали?

-- Хорошими людьми разных профессий. Никто не стал олигархом. Наша «кубинская братия», которая окончила эту школу, собирается каждый год 23 июня на площади Пушкина в Москве. Общаемся, потом отмечаем встречу. 31 год в этом году. У нас есть сайт советских кубинцев, группы в социальных сетях.

-- Еще расскажите о своей семье. Интересно, какая атмосфера была в доме, уж очень в необычных обстоятельствах вы росли...

-- Я рос в семье, где постоянно звучала фраза -- «Так будет лучше для страны». Дед, участник войны, морская пехота. Отец, военный разведчик. Политика, интересы государства, защита существующего строя – такие разговоры я слышал с детства. Вокруг меня всегда были люди с государственным мышлением. Они строили страну, не наживая богатств. И я никогда не мечтал стать предпринимателем и разбогатеть.

-- А как вы заработали свои первые деньги? И на что их потратили?

-- В стройотряде МГИМО: после первого курса строил дорогу в Москве, в Матвеевском районе. Купил себе магнитофон кассетник, остальное отдал маме. А с первой стипендии, кстати, купил себе друга – собаку породы эрдельтерьер. Всегда любил собак. А недавно полюбил и котов. Младший сын посмотрел мультфильм «Кот в сапогах», помните там этого уморительного кота-афериста, которого озвучивает Антонио Бандерас? Пришлось завести британца. Теперь все от него в восторге.

-- Про какую сумму вы можете сказать – это много?

-- В зависимости от того, на что эти деньги предназначены. Если покупаешь пишущую ручку, к примеру, за тысячу рублей – это много. Неразумно много. А если переводишь в благотворительный фонд эту же тысячу – то совсем немного. Можно и больше.

-- Какой у вас телефон?

-- Айфон-5se

-- Старая модель. Несолидно для советника генерального директора огромной корпорации. Нет?

-- Он звонит, передает и получает смс-сообщения. Большего не требуется. К чему лишняя избыточность?

-- Покажете часы?

-- Вот(показывает – авт.). Фирма «Слава».

-- Золотые?

-- Нет, конечно. Хорошие, отечественные. Купил в Москве.

-- Почему не «Ролекс»?

-- А почему должен быть «Ролекс» непременно? Что за клише?

-- Не хотите быть похожим на остальных политиков и чиновников?

-- Вообще об этом не думаю.

-- Какая книга потрясла вас в детстве?

-- А вас?

-- «Два капитана» Вениамина Каверина.

-- Да, понимаю. А меня – «Всадник без головы». В 10 лет прочитал. И капитан Кассий Колхаун стал для меня, мальчишки нарицательным именем трусости, подлости, жадности.

-- Как Ромашов в «Двух капитанах»…

-- Верно.

-- Вы когда-нибудь шли в Бессмертном полку?

-- И не раз. Я же вырос в семье участника войны. Моему деду (отцу мамы) Виталию Кирилловичу Муха в этом году исполнилось бы сто лет. Он служил в морской пехоте с первого и до последнего дня Великой Отечественной. Дед умер, когда мне было уже за тридцать. И мне повезло, что успел многое узнать от него. Про войну. По морпехов. Про битву за Кавказ в 1942-1943. Дед участвовал в обороне Туапсе. А после войны работал водителем у командующего военно-морскими силами СССР, адмирала Флота Советского Союза Сергея Георгиевича Горшкова. Потом был завгаражом в Севастопольском высшем военно-морском инженерном училище, которое окончил мой отец.

-- Странно, что при такой династии вы не пошли на флот…

-- А я собирался. Но тяга к разведке пересилила. Я же наблюдал за отцом, за его коллегами... Очень хотел быть военным разведчиком. Сначала мечтал поступить в Московское высшее общевойсковое командное училище имени Верховного Совета РСФСР - -так оно тогда называлось. Но отец убедил, что быстрее попаду в разведку, закончив МГИМО, факультет международных отношений.

-- Вы сразу поступили? Вуз-то престижнейший.

-- Конкурс был 47 человек на место. Но поступил. Сейчас, спустя тридцать лет, будучи взрослым уже человеком, понимаю: потому что неистово готовился к экзаменам.

-- Стыдно было не поступить?

-- Невозможно было не поступить. Отец и дед бы не поняли. Тем более тогда, в 1987 году Горбачев объявил о начале кампании по демократизации вузов. Было принято решение вообще не принимать тех, у кого родители работают в Министерстве Иностранных Дел. То, что мой отец разведчик – это было минусом для меня. И да, я все-таки, благодаря военной кафедре командир взвода разведки, майор запаса Сергей Сокол!

-- Это правда, что вы знаете сингальский язык?

-- Да. Это официальный язык Шри-Ланки. Сингальский язык – очень редкий. У нас с Сергеем Викторовичем Лавровым (министр иностранных дел России – авт. ) был общий преподаватель этого языка в МГИМО -- Сан Саныч Белькович. Когда мы с Лавровым встречаемся, то обязательно немного говорим на сингальском. Сергею Викторовичу удалось поработать в Шри-Ланке, а мне – нет: после института по распределению уехал в Эквадор, на дипломатическую работу.

-- Почему не продолжили карьеру дипломата? Оставили ее?

-- Не до дипломатии было. Я уехал из СССР в свою первую командировку в Эквадор, а вернулся уже в другую страну. Система разрушилась, а новая не была создана. Нужно было строить стабильность. В России был кадровый голод. Так после Эквадора я попал на Таймыр – в предприятие «НорильскГазпром». 90-е годы… Ситуация аховая. Огромная налоговая задолженность, предприятие-потребитель услуг не платило вовремя, людям задерживали зарплату… Кто жил на Севере в то время, знает как это было. А государству нужно было сохранить добычу норильского газа, не дать обанкротить предприятие, не дать его акционировать частникам…

-- Действовать по принципу «Так будет лучше для страны»?

-- Точно! Около пяти лет ушло на стабилизацию процесса. Сегодня «Норильск Газпром» -- мощная кампания. В марте, кстати, 50 лет исполнилось.

-- У вас получилось на 5 с плюсом.

-- Это вы сказали. Не я. (улыбается – авт.)

-- Я лишь транслирую: так считают эксперты по экономике в этой отрасли производства России. А как вы стали заместителем губернатора Красноярского края?

-- Александр Хлопонин выиграл выборы губернатора в 2002 году и пригласил меня в правительство края на эту работу.

-- Почему именно вас? Откуда вы знакомы?

-- Работали вместе на Таймыре. Я выводил из кризиса «Норильскгазпром», Александр Геннадиевич руководил предприятием «Норникель» (успешно руководил!). И как-то органично получилось с этим предложением работать в Красноярском крае.

-- Чем вы занимались в качестве заместителя красноярского губернатора?

-- Как всегда: земными проблемами. В лесной отрасли – черными лесорубами, в энергетической сдерживали баланс тарифов для жителей и предприятий, в транспортной -- оздоровлением парка автоперевозок… Задача всегда одна – сделать лучше уже существующее.

-- В Иркутске не любят приезжих, называют «варягами»…

-- Нигде не любят -- я в этом уже убедился. Иркутск в этом плане не особенный. Но в моем случае это скорее возвращение.

-- Да, десять лет назад вы уже работали в правительстве Иркутской области…

-- В 2008 году полпред президента в Сибирском федеральном округе Анатолий Квашнин посоветовал мою кандидатуру на должность первого заместителя Игорю Есиповскому. Тогда он был губернатором Иркутской области. За год мы успели многое начать с Игорем Эдуардовичем.. А после его гибели меня отозвали в Москву. 10 лет прошло.

-- Чем вы занимались эти годы?

-- Управлял государственными стратегическими предприятиями. В Иркутскую область я вернулся с поста председателя Совета Директоров промышленной корпорации «Оборонпром». Туда входят Акционерные Общества «Вертолеты России», «Объединенная двигателестроительная корпорация», «Станкопром», ООО "Промышленный холдинг «Автокомпоненты».

-- Вы же явный гуманитарий по образованию. А столько лет занимаетесь экономикой огромных предприятий и региональным управлением…

-- Учился по ходу. Уже, пожалуй, могу преподавать высшую экономику. Это, во-первых. Во-вторых – всегда набираю умную команду -- людей, которые лучше меня.

-- Но вы же бледно будете выглядеть на их фоне?

-- А я не боюсь. И не буду соревноваться с ними в том, в чем они значительно превосходят меня.

-- Как давно вы в партии «Единая Россия»?

-- С мая 2008 года.

-- А с какого именно числа? Дату помните?

-- Зачем вам это? Могу посмотреть, конечно.

-- 8 мая 2008 Путин стал Председателем партии. Совпадение? Не думаю.

-- (смеется --авт.) Владимир Владимирович никогда не скрывал, что рассматривает «Единую Россию» в качестве своей политической опоры. Уверен, что и я являюсь частью этой опоры.

-- Какие эмоции вы испытываете, когда слышите негатив про «Единую Россию»? Например, широко растиражированную (особенно в интернете) фразу…

--… про «жуликов и воров»? Клише повесить легко. Каждый раз, когда слышу это, требую подробностей. Спрашиваю у человека: кто его обидел и обманул, что украли, кто не помог?

-- За оппозицией следите? Что думаете о Навальном?

-- Думаю, что Алексей Навальный вряд ли станет лидером несистемной оппозиции. Слишком эгоцентрично себя ведет каждый руководитель каждого течения в этом движении. Эти люди слишком нацелены на себя, пытаются поймать волну, а не решать проблему. Но мы должны слышать и их тоже. А народ умный, гораздо умнее, чем думает оппозиция. Сам разберется.

-- Сергей Михайлович, нельзя вас как севастопольца не спросить: «Крым наш? Или не наш?»

-- Наш. Без вариантов. Это был огромный праздник в нашей семье. Каждый раз, когда я приезжал в Севастополь к родителям и пока это была Украина – царапало душу, не буду скрывать. Когда первый раз проехал в 2014-ом на пароме на территорию уже нашего Крыма – слезы наворачивались. «Так будет лучше для страны» -- никаких колебаний у меня нет в этом вопросе.

-- Как зовут вашего лучшего друга?

-- Мой лучший друг – младший брат Александр. Ему 41 год. Он топ-менеджер в автодилерской кампании, живет в Москве.

-- Ждете чемпионат мира-2018?

-- Конечно! Друзья-спартаковцы меня «подсадили» на футбол. С 14 июня уже начинаем ждать и болеть. Вчера вот с Сергеем Фатеевичем, спикером нашего Законодательного собрания после встречи с главами районов в Усть-ордынском округе в машине прогнозами делились.

-- Вы когда последний раз дрались?

-- В институте, на последнем курсе. Надо было поставить на место одно парня, привести его в чувство. За тупое хамство. Хорошо вмазал, не скрою. Красиво получилось, даже сам не ожидал (смеется – авт.).

-- Сдачи он дал? Драка началась?

-- Нет. Пришел в себя и осознал, чтобы был неправ. Но вообще, я предпочитаю слово. Тысячу раз убеждался – это эффективнее.

-- Вы кабинетный политик или дворовый? Где больше пользы принесете?

-- И там, и там. Я дипломат, помните? Я найду общий язык и с обитателем кремлевского кабинета и с жителями на дворовой встрече по улице Розы Люксембург, и с работниками авиазавода. Докажу им, чем смогу быть полезен. И выгоден.

-- Чего не хватает элите иркутской области: чиновникам, политикам, депутатам всех уровней и от всех партий? Вы уже здесь работаете, но свежесть взгляда со стороны не исчезла, наверное…

-- Единения. Надо сплотиться и использовать ресурс каждого. Не в свою пользу. В пользу области. Хватит «дружить против друг друга».

СПРАВКА "КП"

Сергею Соколу, советнику генерального директора корпорация «Ростех» -- 47 лет. Женат, двое детей: сын Александр студент, 19 лет, младший сын Михаил 11 лет. Жена Дарья, работает в системе Росатома, готовится сейчас к переезду в Иркутск из Москвы.