
… Зимним февральским днем Илья Сумароков оказался под Усольем-Сибирским. Ему было поручено возглавить будущий тепличный комбинат, один из первых по счету пазлов будущего агрогорода. Объект для суровых сибирских условий не совсем обычный по сути, да и по размаху таких еще не возводили – 22 огромные теплицы, эдакие загородные грядки масштабами с футбольные поля, с промышленным теплом и светом.
Усольская «тепличка» входила в агрогород. Надо сказать, строительство замышлялось масштабное, если не сказать грандиозное. Действительно, по сути, на одной площадке возводились поочередно крупнейший свинокомплекс, крупнейшая птицефабрика, уткоферма, комбикормовый завод и тепличный комбинат. Для работников этих хозяйств строился поселок городского типа. Значит, птицеводы, овощеводы, свиноводы получали благоустроенное жилье, садики, магазины, учреждения культуры и образования… Тепличный комбинат заработал, производство овощей стабилизировалось. Подоспел новый проект – свинокомплекс. На бюро обкома в 1974 году на должность директора строящегося свинокомплекса утвердили Илью Сумарокова. Именно он поднимал этот сельскохозяйственный завод, вносил поправки в проект, добивался финансирования.
В октябре 1978 года свинокомплекс был запущен в эксплуатацию. А спустя всего восемь лет предприятие было занесено на доску почета ВДНХ. И, возможно, тогда он произнес эту сакраментальную фразу, которую стоит вписать во все книги, где собраны высказывания мудрых людей: «Нужно уважительно относиться к человеку труда. Именно на простых тружениках все держится, а крепкий коллектив – главный залог успеха».

Проектировал комплекс институт «Востсибгипросельхозстрой». Директор его Владимир Григорьевич Корочкин пояснял подробно и терпеливо в газетах, на радио и телевидении, что цель проекта – привязать энергоемкое аграрное производство к крупному промышленному центру. Усолье-Сибирское таковым было точно – здесь располагались большая химия, мощная ТЭЦ, рядом железная дорога, магистральный Московский тракт.
На строительстве агрогородка работало много подрядчиков. Генеральным выступал Иркутсксельстрой, которым руководил Алексей Иванович Крисин; работали мехколонна ПМК-830 во главе с Виктором Владимировичем Шамариным, Главвостоксибстрой, Ангарское управление строительства, подразделения Минмонтаж спецстроя. Оборудования было много и разного, и монтажников, соответственно, собирали под конкретные задачи из управлений Сибхиммонтаж, Сибэлектромонтаж, Сибсантехмонтаж. Еще трудились специалисты Гидроспецфундаментстроя, Дальстальконструкции. И это только основные компании…
Был создан специальный штаб, который заседал по нескольку раз на день. И это вам не глянцевый стол в уютном кабинете. Вагончик на стройплощадке, где большие руководители, линейные начальники, бригадиры, мастера обсуждали планы, ход работ. Порой эмоции зашкаливали, и ор нередко стоял до небес, и на горячие слова никто не скупился. Объект правительственного уровня, спрос особый. Да и денег вбухано, мама не горюй. Напряженное было время. И вместе с тем очень интересное.
Работа у строителей – а число их доходило до тысячи человек в день – была нелегкой. Иные дни начинал на стройке и заканчивал тут же первый секретарь Усольского горкома партии Дмитрий Васильевич Зарукин. Вообще, выделить кого-то одного непросто. Большой вклад внес, например, начальник мастерской Востсибгипросельхозстроя Геннадий Ильич Покорский. Особая заслуга – выдающегося строителя, начальника Главвостоксибстроя Алексея Николаевича Мацули. Стройка была названа Всесоюзной комсомольской. Сюда приезжали посмотреть, как идет работа, председатель Совета Министров РСФСР М. С. Соломенцев и министр сельского хозяйства Л. Я. Флорентьев.

Впрочем, несмотря на внимание больших начальников, лозунги и штабные посиделки, строители тепличного комбината подкачали. В срок теплотрассу не сдали. Вся рассада, которую приготовили сумароковцы к высадке осенью, погибла. Горевали недолго, взялись за весенние посадки… Есть три вида лидеров, три вида лидерства. Есть те, кто пишет правила, по которым движутся к цели. Есть те, которые эти правила строго соблюдают, ибо в них аккумулирован опыт поколений, истории успеха и неудач. И, наконец, лидеры, которые правила нарушают. Потому что, как говорится, реальная жизнь многообразнее любых правил, писаных и неписаных.
Не скажу, что Илья Сумароков только тем и занимался, что правила нарушал. Но бывало, чего уж там. Вот та же история с тепличным комбинатом. Поставили половину теплиц. Новоиспеченный строитель, и он же директор, отправился к высокому начальству, мол, так и так, давайте в уже отстроенных теплицах начинать работать. Пока остальные возводятся, начнем получать доход, люди будут учиться, кадры формироваться… В высоких кабинетах на Сумарокова посмотрели косо-пристально. Как так? Нарушение всех правил – объект не сдан, значит, зарплата не предусмотрена, расходные материалы не предусмотрены, техника не предусмотрена. Только здравый смысл на поверхности. Ну действительно, можно же начать работать, можно уже и с таким набором теплиц запускать процесс. Сколько кругов Сумароков навернул, точно не скажу, но добился-таки своего. Дали ему денег, и он приступил к заполнению грядок под стеклом… навозом.

Это тоже отдельная история. В те времена никаких технологий капельного полива, посадок овощей в питательный раствор не было. Крыша стеклянная у теплицы была, обогрев был, а сами грядки нужно было удобрять. И опять по кругу – объект не сдан, удобрений, соответственно, на них не планировали. Тут уж Сумароков смекалку проявил. Поехал Илья Алексеевич в хозяйства, где пасутся коровки. Уж там этого перегнойного добра хватало. Подчистил стойла. А перегной лучше любого удобрения, растет на нем все прекрасно, и урожаи в результате прекрасные. Скоро тепличное хозяйство Сумарокова снабжало всю область свежей зеленью и овощами…
Ну ладно, тепличное хозяйство построить-построили. Но сколько примеров, когда новопостроенные предприятия плелись в отстающих… И дело было не только в технологиях, материалах, поставках. В том самом человеческом факторе, о котором много-много говорили, брали во внимание, но не всегда заботились о наполнении его содержанием. Просто Сумароков стал исключением из того многочисленного отряда руководителей, которые о человеческом факторе судачат, и на том их забота о людях труда ограничивается. Илья же Сумароков понимал, воспринимал, был уверен (не знаю, какой еще глагол использовать), что для работников важно, чтобы душа была на месте не только в заводских стенах, но и дома, другими словами, ему нужны не только хорошие условия труда, но комфортные условия жизни. И тогда не нужны бесконечные беседы о долге, о совести, о том, что можно подвести коллектив… «У людей должно быть все для комфортной жизни: работа, хорошая зарплата, жилье, медицинская помощь, обучение для детей. Человеку надо сначала создать все эти условия, а потом уже с него спрашивать». И кто после такого твердого взгляда человека, который принимает решения, будет задумываться, где ему жить и работать?
Здесь кроется один из секретов его невероятного авторитета. Ведь не зря в коллективе почти в 1 400 человек его уважительно звали Тятей, и для многих он действительно был как отец родной. Коллектив свинокомплекса – редкий пример сплоченности: каждый сотрудник кровно заинтересован в успехе общего дела, ведь это кооператив, где труд приносит, кроме зарплаты, дивиденды. И это тоже принципиальная позиция Ильи Алексеевича, о которой я уже говорил и скажу еще не раз. Это его кредо, если хотите, фундамент его собственного мироустройства, один из мировоззренческих островов, который ни время, ни бури-ураганы не смогли смыть в бушующий океан лихих девяностых, мирового кризиса, современной турбулентности: «Нужно с уважением относиться к человеку труда. Именно на простых тружениках все держится, а крепкий коллектив – главный залог успеха».
Кому-то могло бы показаться, что раз планы были сверстаны, деньги отпущены, «партия – наш рулевой», то дело, однозначно, было бы завершено, и новый продовольственный кластер заработал бы на радость жителям огромной области. Ан нет, не все так просто. Практически одновременно с Усольским агропромышленным комплексом строились еще два – в Саянске и в п. Маркова под Иркутском. При всех чудесах административно-командной системы их так и не смогли запустить и через десятки лет. А новый сумароковский остров – свинокомплекс – стал его родным детищем. Детей, как известно, лелеют, воспитывают, за ними приглядывают в оба и стараются дать хорошее воспитание, образование, и, конечно, следят за его судьбой. В общем, жизнь Ильи Сумарокова наполнилась новыми заботами, достижениями и тревогами.
«Между прочим, наш проект – итальянский, – Сумароков сделал почти театральную паузу. – Проблема в том, что у самих итальянцев таких комплексов нету. А им что, лишь бы заказ был. Они сделают все на славу. Первый такой комплекс отстроили в Московской области. Тот был целиком закуплен за границей – все до последнего винтика, даже корма какое-то время доставляли итальянцы. На итальянской еде свинки как на дрожжах поднимались. 637 грамм в день привеса – ни граммом больше, ни граммом меньше. И, знаете, получалось. Ну, а как до нас дело дошло, то клепали и варили уже свое по итальянским чертежам. Заморские корма самим есть можно было – великолепный продукт, а наша комбикормовая промышленность и тогда-то хромала, а теперь и вовсе развалена – ее, попросту говоря, нет…»
Забегая вперед, отметим, что 23 октября 1978 года директор сообщил об окончании строительства. Объект был сдан. Объект был принят в эксплуатацию.
Строительство шло, по тогдашним меркам да по размаху будущего предприятия, всего ничего – каких-то четыре года. А сколько он успел сделать – страшно подумать. И самое главное – сформировать основу будущего коллектива. К моменту образования совхоза на базе построенных мощностей у Сумарокова в активе было уже 230 человек рабочих и специалистов. Все свои, каждого знал по имени и отчеству, кто чем дышит.