2018-02-21T22:18:39+03:00

Как я устраивалась на работу следователем в ГУВД

Поделиться:
Комментарии: comments6
Изменить размер текста:

Стать милиционером я мечтала еще в детстве. Представляла себя в форме. Казалась себе в девичьих грезах редкой красавицей. Профессиональные качества и навыки меня мало волновали. Потом мечты остались в прошлом, я стала журналистом. И вот ведь судьба - именно меня отправили проверить, смогу ли я устроиться работать в органы внутренних дел.

Честно признаться, шла я на испытания с большими сомнениями, мол, специального образования у меня нет. Единственное, что роднит с милицейской профессией, так это навыки землю рыть в поисках нужных фактов. Однако дан приказ – надо выполнять.

КУЧА СПРАВОК И «ЧИСТАЯ» БИОГРАФИЯ

Первым, с кем мне пришлось пообщаться, был начальник медсанчасти ГУВД по Иркутской области Игорь Романовский.

- У вас биография чистая? – сходу ошарашил он.

- Чистая, - не задумываясь особо, отрапортовала я.

- Вы уверены? Судимых близких и дальних родственников нет? Самоубийц в роду не было? Шизофреников? Сами не привлекались?

- Упаси Боже! - только и сказала я.

- Ну ладно. Все равно еще проверим ваши слова.

Дальше Игорь Леонидович рассказал мне, чтобы стать потенциальным кандидатом в милиционеры, нужно собрать огромное количество всевозможных справок: от психиатра и нарколога, из противотуберкулезного диспансера, из кожно-венерологического диспансера, три (!) справки от участкового терапевта. Нужно сдать общие анализы мочи и крови, кровь на ВИЧ, кардиограмму в покое и после приседаний, флюорографию. Только после предоставления всех этих бумаг кандидату выписывают направление на военно-врачебную комиссию и выдают акт медицинского освидетельствования.

Как правило, на сбор всех необходимых справок у кандидатов уходит месяц, а то и больше. Мне, к счастью, повезло: мы с Игорем Романовским условились, что справки все уже я собрала, к административной и уголовной ответственности не привлекалась (что, собственно, так и есть) и репутация всех моих родственников чиста. Мне предложили выбрать специальность, на которую я хочу пойти. И тут, скажу я вам, мне пришлось изрядно поломать голову. Среди вариантов – участковый, следователь, сотрудник спецназа, оперуполномоченный, сотрудник ГИБДД, инспектор по делам несовершеннолетних.

- Участковым быть не хочу, - размышляла я, - в спецназ вообще не возьмут, хотя хотелось бы. Оперативником… Гаишником…

В итоге, я решила, что самое подходящее и близкое к профессии журналиста – это следователь.

КАК ЗДОРОВЬЕ?

Во время военно-врачебной комиссии мне надо было пройти основных врачей: гинеколога, дерматолога, стоматолога, лора, офтальмолога, психиатра, невролога, терапевта, хирурга. Первым стал с детства ненавистный кабинет стоматолога.

- Неужели, чтобы стать милиционером, нужно иметь здоровые зубы? – негодовала я, сидя в кресле.

- А как же, - ответила завотделением Светлана Корель. – Нужно не только иметь здоровые зубы, но и правильный прикус. В первую очередь нас как раз и интересуют челюстно-лицевые аномалии. Если патология серьезная, то человек уже на этом этапе признается негодным к службе в органах. Рот открывайте!

- Э-э-э… Кариеса у меня точно нет, - инстинктивно воспротивилась я осмотру. – Может, не будете меня смотреть?

- Надо, - сказала доктор и принялась разглядывать мою нижнюю челюсть. Осмотр длился не больше пяти минут, после чего врач констатировала у меня неправильный прикус. Для меня это было открытие! Но к службе в ГУВД все-таки допустила.

Врач-офтальмолог, прежде чем проверить зрение, проверила паспорт – так по правилам положено. А потом уже попросила прочитать третий ряд снизу. Но не букв, а непонятных окружностей с прорезями.

- А почему у вас не буквы, а иероглифы странные? - интересуюсь. – Буквы ведь читать удобнее?

На медосмотре меньше всего я переживала за зрение: оно меня никогда не подводило.

На медосмотре меньше всего я переживала за зрение: оно меня никогда не подводило.

- Кандидаты, желающие работать в милиции, научились обманывать врачей, - объясняет доктор Маргарита Поселова. – Они учат наизусть буквы и потом безошибочно «прочитывают» их на обследовании. Хотя на самом деле у них может быть плохое зрение.

Пришлось от букв отказаться и использовать такие вот окружности. За зрение я не переживала – с детства оно меня еще ни разу не подводило. Вот и в этот раз – 100%. А, стало быть, к службе в милиции я пригодна.

Врач-терапевт осмотрела меня быстро и, как рентген-аппарат, сходу назвала все мои болячки:

- Вам, милочка, не мешало бы щитовидку проверить и УЗИ почек сделать. А еще сердечко ваше мне что-то не нравится. Аритмия? Или недостаточность?

- И то, и другое, - грустно вздохнула я. – Что, теперь Вы меня негодной признаете?

- Ну, почему же? Дополнительные обследования пройдете, а там посмотрим, - резюмировала терапевт и отправила меня дальше.

С тревожным чувством выходила я из ее кабинета – лишний раз доктор мне напомнила, что нужно заботиться о своем здоровье. Впереди визит к психиатру…

- У вас в жизни не было случаев, когда хотелось… э-э-э-э, - начала задавать свои каверзные вопросы доктор.

- … Покончить жизнь самоубийством? – закончила я за нее. – Нет, не было. И, надеюсь, не возникнет никогда.

- О, да вы оптимист! – отметила врач. – Это хорошо! Очень помогает в работе следователя.

Получив на руки, заветное разрешение врачей на службу в рядах доблестной милиции, я отправилась на психологическое тестирование.

Здесь меня ждали три теста: интеллектуальный - на проверку внимательности и способность за ограниченное количество времени принимать быстрые, а главное, правильные решения. Цветовой тест Люшера – показывает эмоциональное состояние человека, а также уровень его работоспособности. И тест СММИЛ, состоящий из 377 вопросов, который раскрывает особенности личности кандидата.

«ВЫ ПОДХОДИТЕ НА ДОЛЖНОСТЬ СЛЕДОВАТЕЛЯ»

С результатами тестов я отправилась на беседу к психологу. Галина Колосницына проговорила со мной больше часа. Сначала она задавала элементарные вопросы о семье, отношениях с близкими, с коллегами по работе.

- Почему Вы решили пойти работать следователем? – вдруг спросила она.

- А, работа интересная, - в общем-то честно призналась я. – Всегда было интересно фильмы детективные смотреть, книги читать… Образования, конечно, юридического, нет. Но этот пробел легко восполнить.

С первых минут разговор с психологом сложился очень доверительный, как с мамой. Мягкий, тихий, спокойный голос специалиста настраивал на откровенность. На вопросы Галины Николаевны я отвечала честно. И на вопросы теста, как оказалось, тоже. Одним словом, она оценила меня как подходящего на должность следователя кандидата.

- Скажите, а в каких случаях человека отправляют на проверку полиграфом? – поинтересовалась я напоследок.

- Если после разговора у психолога сложилось двоякое впечатление о кандидате, если по поведению было заметно, что человек нервничает, чего-то не договаривает, - объяснила Галина Колосницына. – Если он поведал о своих страхах, каких-то тайнах. Да, много причин, чтоб проверить кандидата на честность.

- Если уж быть до конца откровенными, мне нужна проверка детектором? – спросила я. - Нет! Вы предельно честны… Но если хотите, приходите завтра, специалист с Вами пообщается.

«ПОЛИГРАФ ПОЛИГРАФЫЧ» ИЛИ ДЕТЕКТОР ЛЖИ

Упустить возможность пройти тестирование на детекторе лжи я никак не могла. Чудо-аппарат специалисты ласково окрестили «полиграфом полиграфычем». Когда я вошла в кабинет психолога, детектор лежал на столе и, казалось, только моего появления и ждал.

- А у вас есть показания для проверки на полиграфе? – поинтересовалась психолог Светлана Карпова.

- Нет, но очень хочется. Интересно, какие будут ощущения.

- Ну, хорошо. Тогда я задам вам ряд общих личностных вопросов, - сказала психолог. – Хотя, конечно, существует несколько тестов. Выбор варьируется в зависимости от установки врачей – на что проверить кандидата. На каждый вопрос дается 14 – 16 секунд, пока зафиксируется реакция человека.

Прежде чем начать работу, психолог надела на меня детектор, состоящий из трех датчиков – брюшного, грудного и на пальцы, он фиксирует потоотделение. Затем Светлана провела небольшой инструктаж по поведению во время тестирования. Оказывается, испытуемому нельзя двигаться вообще, можно лишь моргать и сглатывать слюну. С кандидатом врач работает наедине, человек при этом смотрит в пол или на стену, чтобы не возникало ненужных ассоциаций.

- А можно тестировать человека без его согласия? – интересуюсь я между делом. - Ни в коем случае! Это нарушение прав человека!

Перед началом теста психолог долго беседует с кандидатом, озвучивает ему вопросы, которые собирается задать. Кое-что уточняет во время беседы, оговариваются нюансы. Одним словом, создается обстановка, чтобы человек был максимально расслаблен. И только потом уже блок вопросов. Но три раза подряд! Мне сказали, что только так можно достичь объективного результата исследования.

- Итак, вас зовут Мария… Анна… Татьяна… Галина… Людмила… Варвара? – спрашивает психолог. Я на все вопросы должна отвечать «нет». Установка – проверить реакцию моего организма на ложь. Я отвечаю «нет» даже на правильно названное, мое настоящее, имя. Этот тест повторяется три раза, датчики фиксируют реакцию.

- У вас когда-нибудь были проблемы с алкоголем? Вы хоть раз управляли автомобилем в состоянии алкогольного опьянения? Вы употребляете наркотики? У вас были приводы в милицию? Вы боитесь, что проверка выявит факты, которые вы хотели бы утаить? – этот блок вопросов подразумевает, что испытуемый должен говорить правду. Я, конечно же, говорю все, как есть. Или было. Но сама при этом сильно нервничаю. И не то, чтобы вру – просто двигаться нельзя, а так хочется махнуть рукой или покачать головой. Сижу, похожая на зомби, и отвечаю, уставившись в одну точку.

- В комнате есть окно? У вас действительно высшее образование? Вы сейчас живете в Иркутске? – эти вопросы «расслабляющие», - поясняет психолог. – Их задают, чтобы человек сильно не напрягался. Когда вы напряжены, прибор это отражает и не дает точных данных.

Среди всех этих многочисленных вопросов есть два контрольных: «Вы будете честно отвечать на мои вопросы?» и «Вы честно отвечали на вопросы тестирования?». Реакция организма на них позволяет психологу понять установку испытуемого: собирается он врать или говорить правду. В общей сложности обследование на детекторе лжи длится в среднем 3,5 часа. Правда, был в практике психологов случай, когда они тестировали одного человека семь часов!

- Время тестирования зависит от реакции человека на вопросы, - поясняет специалист. – Если, например, на вопрос про наркотики организм отреагировал неадекватно, человеку задаются дополнительные вопросы. Они могут выявить еще какую-то скрытую информацию. И так далее. Вот и отнимает тестирование много времени. Мне пришлось общаться с полиграфом два часа. И знаете, что я поняла? Обмануть детектор невозможно – малейшая попытка слукавить моментально отражается на графике.

НА РАЗМИНКУ СТАНОВИСЬ!

Чтобы попасть в милицию, нужно еще пройти физподготовку на базе специализированного Центра профессиональной подготовки при ГУВД региона. Здесь мне предстояло сдать нормативы по легкой атлетике, установленные для будущих сотрудников. Программа минимум: челночный бег 10 раз по 10 метров, кросс – 1 километр, комплекс силовых упражнений – пресс и отжимание на время.

- У нас не только физподготовка, но и правовые дисциплины все, - говорит глава Центра Борис Мукушев. – Словом, можно прийти «с улицы» и обучиться здесь всему за четыре месяца. Это, конечно, очень сложно, но вполне реально.

Все виды упражнений здесь знакомы каждому со школы, но я, признаться, в спорте не сильна. Скажу больше, одно время даже была освобождена от занятий физкультурой. Так что, как я ни старалась, результаты были вполне предсказуемые: одно «хорошо» и два неуда. Эх, жаль, конечно, признавать, что в физическом плане нужно еще подтянуться! Зато, есть к чему стремиться, есть, куда расти.

После всех пройденных испытаний специалисты поставили мне заключение – «рекомендуется на должность следователя».

- Так может сменить профессию? – подумала я. И тут же отмела эту мысль. Ведь, по сути что такое журналист – тот же сыщик. Чего тут шило на мыло менять. Мне моя профессия нравится.

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

Заместитель начальника пресс-службы ГУВД по Иркутской области Герман СТРУГЛИН:

- При приеме в органы внутренних дел проверка всегда была поэтапной, сложной. Такой же она осталась и при введении новых правил. Единственное, что изменилось, это то, что теперь через детектор лжи придется пройти всем тем, кто претендует на начальствующие должности. А также тем, кто идет на повышение.

Будут ли ужесточены правила при переходы из милиционеров в полицейские, мы не знаем. Это прерогатива министерства, нам указаний пока не поступало.

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также