Премия Рунета-2020
Иркутск
+18°
Boom metrics
Общество18 ноября 2014 3:50

История отшельников из сибирской тайги: Антипины вспоминают прошлое

В 2002 году Анна с четырьмя детьми вышла из тайги, где ее 20 лет прятал муж Виктор Антипин
История отшельников из сибирской тайги: Антипины вспоминают прошлое

История отшельников из сибирской тайги: Антипины вспоминают прошлое

Фото: Юлия ПЫХАЛОВА

Двадцать лет прятал в тайге свою семью - жену и четверых детей - отшельник Виктор Антипин. Но в 2002 году женщина не выдержала и, забрав детей, вернулась в цивилизацию.

- Вернитесь! Вы там погибнете! Там, где эти существа, всегда болезни и скверна! – истово кричал Виктор Антипин жене, молча и торопливо одевающей детей.

18 ноября 2002 года на машине главы администрации Соляновского поселкового совета отшельники прибыли в село Соляная. К этому времени уже несколько лет иркутских «Лыковых» уговаривали переехать, но семья была непреклонна. Категоричное «Никогда!» Виктор произносил каждый раз, когда начинался разговор о переселении. Но одним осенним утром скромная женщина, всегда подчинявшаяся супругу, решила пойти ему наперекор…

Хлеб из кабачков

Ничем не примечательный деревенский дом с голубым палисадником и лавочкой. Этакий свой среди подобных ему ста домов в Сереброво. Но для Анны с детьми, ютившейся 10 лет в шестиметровой охотничьей времянке, - это настоящие хоромы, которыми она гордится. Еще бы! Три комнаты, веранда, отдельный домик для кухни, небольшой садик…

В этом доме сейчас живут отшельники.

В этом доме сейчас живут отшельники.

Фото: Юлия ПЫХАЛОВА

Но это все сейчас. А тогда, в 90-х, отшельница с двумя младшими детьми теснилась на полатях, отец спал на грубо сколоченном топчане. Дочке Оленье кровать заменяла медвежья шкура у входа, а старший сын, чтобы поспать, забирался в гамак, подвешенный посреди комнатки. Столом для семьи служила ржавая ванна, которую заносили из сеней, когда садились обедать.

- Столько леса же кругом было, - удивляюсь. - Почему же Виктор дом полноценный не построил?

- Отец нам всегда говорил: мы должны довольствоваться малым...

Лозунг аскета Виктора Гранитовича семья безоговорочно принимала. Дневное меню отшельников было более чем диетическим. Анна рвала в лесу травы, сорняки и готовила «полезные завтраки», как она их гордо величала. Запаривала крапиву кипятком и добавляла в нее постное масло. Или жарила корни лопуха, которые семья съедала, закусывая вместо хлеба корой деревьев.

Виктор Антипин со своим сыном у таежной избушки. 2002 год. Из архива героев публикации.

Виктор Антипин со своим сыном у таежной избушки. 2002 год. Из архива героев публикации.

Фото: Юлия ПЫХАЛОВА

-Своего хозяйства у нас не было, только картошку садили, - вспоминает женщина. – Если охота и рыбалка «урожайные», ели и птицу, и мясо. Но такие пиры бывали летом. А зимой приходилось очень тяжело. Я с голодухи даже придумала печь буханочки из кабачков. Рассказываю сейчас и вкус ощущаю: сладкий, сочный… Мне, чтобы хорошо себя чувствовать, ни кофе, ни чая не надо. Хлеба поела и довольна!

Как бы в подтверждение своих слов Анна тут же берет со стола корочку и с таким аппетитом ее съедает, что даже неудобно в этот момент ее прерывать расспросами.

Идеальная жизнь

Мечта Виктора Гранитовича, чтобы он, его дети и жена стали жить так, как он себе это представлял, потихоньку сбывалась. Отсутствие людей и полное единение с природой. Что могло быть лучше? Отшельник гордо именовал свой побег от общества «отрывом». И своему мнению не изменял. Вернее, лишь в редких случаях. «Тяжелую» миссию отец, как глава семьи, всегда брал на себя.

Редкая фотография, сделанная в Якутии. Из архива героев публикации.

Редкая фотография, сделанная в Якутии. Из архива героев публикации.

Фото: Юлия ПЫХАЛОВА

Выходя к людям по необходимости, он загружал в самодельную сумку заранее заготовленную пушнину и собранные лекарственные травы, брел до ближайших деревень. Возвращался нагруженный поселковыми дарами – овощами, молоком, сметаной. Покупал на деньги от продаж таежных товаров масло, муку, сахар, одежду. Тащил все на себе, категорически отказываясь от помощи детей и Анны.

-Детям говорил, что к людям может только он выходить, не нуждается в компании, - вздыхает отшельница. – Мол, сильный, все вынесет!» И при этом он нас всегда предостерегал: «Если увидите заблудшего охотника, сразу домой бегите».

Однако «таежным сумасшедшим» Антипина все же величать не стоит. Он осознавал, что дети, выросшие в «стерильном» воздухе тайги, могут не только заболеть, но и умереть даже от мало-мальской простуды. Строго следил за тем, нет ли в деревне эпидемии. И если узнавал, что многие из «этих существ» болеют, мог до окончания хандры носа в поселок не показывать. А семью держал на вынужденной строжайшей диете.

- А еще ревновал он меня шибко, - стесняясь, почти шепотом признается Анна. - Лесник у нас был Михалыч. Как-то осмелился заехать к нам на 8-е марта. Детям конфеты привез, а мне духи «Красная Москва». Так отец сладости оставил, а духи обратно отвез. Я потом долго в памяти обиду держала. Сейчас, конечно, вспоминаю уже с улыбкой. Хотя тогда сильно жалела. Сильно мне запах понравился тогда.

Встреча с миром

- Ой, я вспомнила! Пойдемте скорее наверх, что-то покажу вам, - Анна ловко и быстро ставит лестницу, поднимается, увлекая нас за собой.

В тайге Анна вела дневник, который служил ей календарем и ежедневником.

В тайге Анна вела дневник, который служил ей календарем и ежедневником.

Фото: Юлия ПЫХАЛОВА

Ступенька, еще. И вот мы уже на чердаке. Коробки, старые вещи и игрушки, - все разложено по полочкам. На удивление, довольно чисто и даже, как бы странно не звучало, уютно. Женщина подходит к полке, бережно берет в руки большую папку и несет нам.

Оказывается, здесь, в «святая святых», таежница бережно хранит «сокровища» из прошлой жизни: фотографии и дневник, который она вела каждый день.

- Даже сейчас дымом пахнут! – шумно и с каким-то наслаждением вдыхает запах таежного скарба отшельница. – Не поверите, за десять лет я ни разу не доставала отсюда ничего. Ой, сейчас заплачу…

Анна отходит в сторону и начинает нервно перебирать вещи в коробке. Мы оставляем ее в покое на некоторое время и решаем самостоятельно пролистнуть тетрадку с пожелтевшими листами.

«…Чум поставили на болоте. В озере пытались искупать годовалую Оленьюшку. Какой дикий крик стоял, она задом пятится. Я пыталась затащить в эту воду. Не смогла. Очень сообразительная, вся в папу…».

«Сегодня пошли в лес. Набрали три ведра грибов. Нажарю вечером с картошкой».

«Во второй раз с Оленьей увидели медведя. Испугались. Думала, все. Начала кричать, махать руками. Он посмотрел на нас и убежал. Испугался».

Этот дневник, который Аннушка вела во время своих путешествий-скитаний, служил ей и таежным календарем, и даже, говоря современным языком, ежедневником, в который женщина вписывала планы и дела на ближайшее будущее. Здесь же – уже пожелтевшая от старости советская карта, где она отмечала все точки поиска Фактории. Хабаровск, Улькан, Тында, Нерюнгри.

- Мы до Якутии на перекладных добирались, - рассказывает таежница. – Помню сложный перевал в районе Алдана. Мы его тогда даже Сан Санычем прозвали. Из уважения, что ли.

Так Анна вела погоду

Так Анна вела погоду

Фото: Юлия ПЫХАЛОВА

Поражаемся географии походов неугомонных Антипиных. Вологда, Великий Устюг, а затем снова вернулись в Сибирь на реку Бирюсу. Да так там и остались на десять лет.

- Когда первый раз вышла в поселок, казалось, что меня одну в ракете в космос отправляют, - смеется таежница. – Волновалась от того, что очень людей боялась.

- А вы зачем вышли-то? Вроде же хорошо вам в тайге было, - недоумеваем.

- Ссоры у нас начались частые, - вздыхает Анна. - Я устала жить в такой тесноте с четырьмя детьми. А отец-то был уже не в силах построить дом. Да и ревновал меня страшно ко всему. Не пускал в поселок даже выбитый зуб вставить, боялся, что я его брошу.

Женщина пыталась сбежать в деревню несколько раз. Но снова и снова Виктор Гранитович возвращал жену в зимовье. И все же однажды Анна с детьми ушли. Навсегда. На прощание отец попросил остаться среднего сына, чтобы тот помог ему заготовить на зиму дров. Мальчик потом матери рассказывал, что отец в печку дул и нашептывал какие-то слова - будто колдовал, чтобы семья пропала в тайге.

Было колдовство или нет, но Анна вместе с детьми благополучно добрались до Соляной.

- Как сейчас помню, как сидела в машине и смотрела в окно на удаляющийся домик, - печально говорит Анна. – И все думала, думала: «А что же нас ждет дальше?».

Продолжение следует.