Чудом выживший после трёх дней в тайге лётчик во время спасения сразу позвонил матери: «Мама, я жив! Я боролся!»фотовидео

Найти маленький самолет в бескрайней тайге почти невозможно. Фото: личный архив, тг-канал губернатора Иркутской области

«Мама, я жив, я цел. Я боролся!» - Инна Зыкова из поселка Мама, что на севере Иркутской области, получив это короткое сообщение, разрыдалась. Три бессонных ночи она провела в ожидании этих шести слов. А сколько раз потом еще перечитала?! Женщина не могла поверить, что это действительно написал ее сын, 27-летний Филипп. Он – пилот, вместе с напарником – командиром корабля, совершал облет лесов, наблюдали за пожарами. Но Cessna 182 исчез с радаров. Трое суток Филипп и его напарник считались пропавшими без вести. Но они выжили. И как – это самое удивительное! Подробности – в материале КП-Иркутск.

Не вернулись в аэродром

Эта история началась 3 августа. В 13:00 с аэродрома поселка Мама поднялся в воздух Cessna 182. За штурвалом - командир экипажа, 27-летний Александр, рядом - летчик-наблюдатель Филипп Зыков. Задача привычная: оценить обстановку с пожарами в Бодайбинском районе. Рядовой рабочий вылет, рассчитывали обернуться за пару часов, поэтому даже воду и еду с собой не прихватили.

По данным бортового трекера, первые часы все шло по графику. Экипаж отработал над очагом в Бодайбинском лесничестве, после чего направился к Бодайбо, это почти 1500 километров от областного центра. Сделали круг над городом и ушли в юго-восточном направлении. В 13:58 зафиксировали последние координаты.

А затем - тишина. В 19:45 экипаж не вышел на связь. В 20:50 самолет не вернулся в аэропорт вылета. Аварийный радиомаяк молчал. Сигналов бедствия не поступало.

«Сразу почувствовала, что произошла беда»

В это время у Инны Зыковой нарастала тревога.

- У нас с сыном традиция, - рассказывает она корреспонденту КП-Иркутск. - Он мне всегда отзванивается, когда прилетает. Я знала, что Филипп должен вернуться в восемь вечера. Ждала звонка. Но телефон молчал. Когда стрелки подобрались к девяти, я поняла: что-то не так. Позвонила на авиабазу и узнала, что их самолет пропал и его уже ищут…

Женщина признается, все эти дни, что длились поиски, она не спала, не ела – превратила свою квартиру в настоящий штаб.

В 13:00 с аэродрома поселка Мама поднялся в воздух Cessna 182. Фото: тг-канал губернатора Иркутской области

- Я как будто в аду побывала. Писала обращения губернатору, в ведомства, общалась с волонтерами. Через спецслужбы мы пытались вычислить местонахождение сына по ID-адресу телефона. Но тайга глухая - вышек нет, сигнал не проходил. Несмотря на это, я даже не допускала мысли, что он погиб. Всем говорила: «Вы мне его не хороните. Он живой!». Сама себе дала зарок - не проронить ни слезинки, пока не услышу голос сына.

Думала она не только о Филиппе: пыталась связаться с родственниками второго пилота – 27-летнего командира Александра, который, в отличие от ее сына, был не из таежного поселка, а из Москвы.

- С Александром я лично не знакома. Искала родственников через соцсети. Вышла на его тетю, сообщила о случившемся. Просила, чтобы родители или жена перезвонили, вышли на меня. Но связаться нам не удалось.

В эти страшные дни Инна поддерживала и супругу сына Настю, с которой они воспитывают двухлетнего сына. Женщины держались вместе, поддерживали друг друга.

Инна знала: ее сын - боец. Филипп прошел срочную службу в армии, работал десантным пожарным, а затем выучился на летчика-наблюдателя. В юности занимался хоккеем и тяжелой атлетикой. А еще с детства знает тайгу - рыбачил, ходил на охоту с дедом и отцом, собирал грибы и ягоды. Именно эти навыки, уверена мать, и помогли Филиппу выжить.

А в профессию он пришел не по мечте - а по судьбе.

- После армии решил летом подработать в лесоохране десантным пожарным. Ему предложили остаться. Сначала устроился десантным пожарным, а затем из всех кандидатов выбрали его и предложили учиться на летчика-наблюдателя. Вот уже три года работает в этой должности. А всего в ведомстве - больше пяти лет. Ему очень нравится. Это ответственная работа. Они не просто выявляют очаги пожаров, они еще и десантников высаживают на эти точки. Там нужна собранность и внимание, от этого зависят жизни людей.

«Мы живы и здоровы!»

Тем временем на поиски пропавшего самолета бросили все возможные силы. Было заведено уголовное дело. Следователи отрабатывали три версии: технический сбой, ошибка в пилотировании или вынужденная посадка.

4 августа в небо поднялась авиация: из Бодайбо вылетел вертолет «Ангары», из якутского Мирного - Ан-26. Они взяли курс на границу Бодайбинского района и Якутии, где в последний раз зафиксировали сигнал.

Но найти маленький самолет в бескрайней тайге почти невозможно. Место глухое, безлюдное. Вокруг только лес и болота. И погода словно выступала против: густой туман и низкая облачность намертво закрыли небо. С воздуха не подобраться! К тому же площадь обследуемой территории колоссальная - почти 92 тысячи квадратных километров.

Когда авиация оказалась бессильна, в тайгу ушли пешие группы. Спасатели пробивались сквозь буреломы и болота. Специалисты признавали: поиски могут затянуться. У пилотов не было ни еды, ни воды. Тайга - место суровое, и с каждым часом шансов на благополучный исход оставалось все меньше.

И вдруг - неожиданная новость. Вечером 5 августа, губернатор Игорь Кобзев сделал срочное заявление: летчики вышли на связь.

- Пилот и летчик-наблюдатель живы, они забрались на сопку и по самостоятельно (!) собранной радиостанции передали свои координаты самолету Бодайбо - Иркутск. Также попросили передать родителям, что живы и здоровы, - сообщил подробности Игорь Кобзев.

На следующее утро, 6 августа, в 11:10 в аэропорту Бодайбо приземлился вертолет спасения. На борту - Филипп и Александр. Измученные, голодные, но живые. Врачи уже осматривают их в больнице.

Выживали на голом скальнике

Именно в тот момент Инна Зыкова и получила долгожданное смс от сына. Читая его, она снова расплакалась. Женщина до сих пор не знает всех подробностей - сын обещал рассказать позже.

- В тайге резко поменялась погода. Самолет буквально притянуло к скальнику. Ребята совершили вынужденную посадку. Оказались в глухой тайге, совершенно не готовые к таким условиям. Филипп был в легкой футболке. Без куртки, без кофты, с голыми руками.

Днем на таежном солнце еще можно было согреться, но ночи в этой местности в августе уже холодные, температура опускается до +8 градусов. Летчики мерзли, терлись друг о друга, растирали тела - лишь бы хоть как-то сохранить тепло. Но развести костер не решились - слишком сухо вокруг, огонь мог мгновенно перекинуться на тайгу, и тогда пожар добил бы их быстрее, чем холод или голод.

- У ребят с собой были три небольшие пустые бутылки. Им удалось найти где-то источник. Но до него было далеко идти. Дошли. Они набрали и воду и уже с ней отправились на сопку, экономили каждый глоток. Еды раздобыть не удалось. На голом скальнике не растет ни грибов, ни ягод.

Парни, по словам Инны, не спали все трое суток. Вокруг - дикие звери: медведи, волки, рыси. Но самым невыносимым испытанием стали комары - они просто облепляли тела.

Но даже сквозь холод, голод и бессонницу они не сломались. Нашли в себе силы взобраться на крутую сопку.

- Скальники там очень крутые, - говорит Инна. - Столько надо было сил и мужества, чтобы это проползти.

А когда поднялись - сделали невозможное: из подручных средств собрали радиостанцию. Инна только предполагает, как им это удалось. Скорее всего, извлекли из разбитого самолета, вместе с ними поднялись на сопку и трое суток чиинили передатчик.

- Там какая-то рация была, они ее оттуда извлекли, добавили какие-то детали и соорудили. Чинили прямо на этой сопке, там же и проверяли сигнал, - рассказывает женщина. - Когда мне сообщили эту новость - это было как глоток свежего воздуха. Смешанные чувства облегчения: как гора с плеч упала. Я рыдала без остановки.

Сейчас Филипп и Александр в больнице Бодайбо. Врачи обследуют их, ставят капельницы, с ними работают психологи. Оставили на три дня под наблюдением, чтобы исключить последствия стресса.

Серьезных травм нет: ушибы, царапины. У Филиппа поврежден нос - перелом или нет, пока неизвестно. Но главное - живы!

Инна пока не видела сына - от поселка Мама до Бодайбо 180 километров по воде, часа три-четыре ходу на лодке. Женщина уже собирается в дорогу, чтобы, наконец, обнять его.

ЭКСПЕРТНО

Андрей Красноперов, военный летчик, майор запаса, мастер спорта по высшему пилотажу на реактивных самолётах:

«Главное – соорудить антенну»

- Когда самолет на земле, связь пропадает - антенны не хватает. Главное в такой ситуации - соорудить антенну. Чем выше она будет, тем дальше пройдет сигнал. Предполагаю, что летчики вытащили из самолета радиостанцию и аккумулятор, поднялись на сопку и соорудили антенну из подручных материалов - металлических предметов, проводов, закрепили на высоком дереве. Если есть минимальные технические знания, а у пилотов они есть, это сделать реально. Вес и способ демонтажа авиационной радиостанции напрямую зависят от типа самолета (малая авиация или пассажирский лайнер). Непонятно больше, почему не сработал аварийный радиомаяк. Это обязательное оборудование, элемент безопасности. Его задача - как можно быстрее сообщить спасателям, где искать самолет. Возможно, мог повредиться при ударе. Поэтому экипаж проявил и смекалку. Сам собрал станцию, сам вышел на связь.

СПРАВКА «КП»

Радиостанция - бортовое устройство радиосвязи, которое нужно пилотам для общения с наземными диспетчерами, другими самолетами и службами аэропорта. Без нее безопасный полет и управление движением в воздухе невозможны. Бортовое радиооборудование всегда разделено на две части: пульт управления в кабине пилотов и основной блок приемопередатчика, который скрыт в техническом отсеке. Малая авиация (Cessna, вертолеты, легкие самолеты): cовременные интегрированные радиостанции весят всего от 1 до 3 кг вместе с монтажной корзиной.