«Свирская история»:
В Свирске сейчас предлагают 12 туристических маршрутов. Фото: Садовский Тимур
Ровно 15 лет назад Иркутская область прогремела на всю страну: энтузиасты ликвидировали крупнейшие в России залежи токсичного мышьяка. Город, который едва не расселили из-за угрозы заражения, получил новую жизнь.
В будний день на улицах Свирска тихо и свежо, будто на курорте. На набережную — её здесь называют «Свирской Ривьерой» — выходит новая туристическая группа, экипированная наушниками. Это иммерсивный спектакль о байкальских ветрах, строптивой Ангаре, суровом Байкале и о городе на берегу главной реки региона. Проект уже признали одним из лучших в Приангарье, а о большой набережной маленького города рассказывали и на конкурсе в Москве. Группу ведёт руководитель туристско-информационного центра. Татьяна Глущенко с гордостью показывает скульптуры, кованые колокола и главный символ Свирска — поющее дерево. Оно, говорят, исполняет желание — главное подойти с верным намерением.
Опыт Свирска показательный. Фото: Садовский Тимур
- Нужно сделать три круга: сначала попросить прощения, потом поблагодарить и уже только после создать намерение, — говорит Татьяна. Туристы следуют рекомендациям.
По набережной Свирска теперь гуляют туристы. Фото: Садовский Тимур
В Свирске сейчас предлагают целых 12 туристических маршрутов — и для детей, и для взрослых, и для молодёжи. Хоть это и новшество для города, но посмотреть есть на что, говорят коренные жители. Валентина Андреева, уроженка Свирска, долго смотрит на реку. К ней недавно приехал внук из центральной России, много гуляли вместе, удивлялись, как же легко тут дышится. И будто забылось то, что 20 лет назад Свирск едва не расселили из-за экологической угрозы.
После 70 лет токсичности город получил шанс на развитие. Фото: Садовский Тимур
Теперь о том времени напоминает только Музей мышьяка — ещё одна достопримечательность Свирска. В трёх залах — всё о токсичном веществе, которое когда-то казалось незаменимым. Вспомнить хотя бы стоматологические методы: именно мышьяк должен был убивать больной нерв. Мышьяк был в удобрениях. Мышьяк был в оборонной промышленности. А для Свирска мышьяк стал едва ли не синонимом. Забытый к началу 50-х Ангарский металлургический завод после себя оставил больше шести тысяч кубометров яда — под открытым небом. На залежах выросло не одно поколение свирчан, пока власти не забили тревогу. Свирск вышел на первое место в стране по количеству онкозаболеваний, а в анализах волос у детей находили следы мышьяка. Отходы уходили в глубь почвы и почти добрались до водоносных слоёв. После этого были бы отравлены все поселения вдоль Ангары. Действовать нужно было немедленно.
В зале ликвидаторов опасных залежей Музея мышьяка — чёрные стены. Вадим Логунов, руководитель АНО «Экология Байкала», здесь не в первый раз. Он — один из тех, кто 15 лет назад принял бой с убивающим мышьяком. Сейчас и сам удивлён: историческое событие происходило в режиме рабочих будней.
Вадим Логунов, руководитель АНО «Экология Байкала». Фото: Садовский Тимур
- Сразу после Нового года, 2 января, в 30-градусный мороз вывели на площадку технику. Рисковали, но времени не было раздумывать — зато теперь есть что вспомнить и детям рассказать, — говорит Вадим Логунов.
С тех пор и подружились — молодой предприниматель и мэр Свирска Владимир Орноев. Вместе вспоминают: первоначальный проект, разработанный одним из вузов региона, предполагал убрать всю площадку одним взрывом. Тогда напугались не на шутку — роза ветров в Свирске идёт как раз оттуда, где была промзона завода.
По всей территории была сплошная чернота, так выглядели остатки мышьякового завода в Свирске в 2011 году. Фото Игоря Алексича
Все токсичные вещества пошли бы ровно на город — на школы, детские сады, дома и огороды. Тогда компания Логунова рискнула: проект стал дороже, условия жёстче, зато жители были в полной безопасности. Реализация заняла четыре года. И все, в прямом смысле, вздохнули с облегчением — после 70 лет токсичности город получил шанс на развитие. Владимир Орноев говорит: захоронения мышьяка были камнем на шее. Если бы не ликвидаторы, шансов на развитие у города просто не было.
Еще несколько лет назад город был пропитан мышьяком, который содержался в буро-рыжих отвалах, архив 2011 года. Фото: Игорь Алексич
- Когда нашу молодёжь спрашивали: „Ты откуда?“ — „А, это там, где мышьяк!“. Другой перспективы не было, у молодёжи перспектив не было, — вспоминает мэр Свирска Владимир Орноев.
После успешного захоронения отходов многие поверить не могли — такой случай в середине 2010-х был едва ли не единственным в стране. Свирчане нашли способ поблагодарить: Вадим Логунов теперь — почётный житель города. Но эта первая — и такая важная! — экологическая победа повела его дальше. Он помог с решением проблем после паводка в Тулуне, активно участвует в ситуации в своём родном Усолье. Говорит, в один момент понял: чтобы эффективнее решать проблемы родных территорий, нужно больше полномочий. Так принял решение идти в Государственную Думу — депутатское слово поможет быстрее строить диалог между муниципалитетами и федеральным центром.
Захоронение отходов. Фото из архива «Свирской энергии»
- Вот эта история — история депутата Государственной думы — даёт более широкие возможности делать то, что сейчас нужно для сохранения и развития наших городов. Это первое. А второе — это, как я считаю, моя основная задача в качестве депутата — привлечение инвестиций в родной регион, — говорит Вадим Логунов.
Опыт Свирска показательный. Как только экологическая ситуация нормализовалась, пришли инвесторы. Сейчас город развивает и пищевую промышленность, и строительство. Заводы тоже есть — теперь они работают в современных экологических нормативах. А по набережной Свирска гуляют туристы. В их числе этим летом будут и четверо дочек Вадима Логунова — чтобы вдохнуть чистый воздух на берегу Ангары, которому благодаря их папе не угрожает никакая токсичность.